– В жизни, которую она вела, я был призраком. Ирина меня к себе не подпускала.

С точки зрения мотива это звучало не очень хорошо. Мои пальцы наткнулись на что-то в ящике, и я сжала ладонь – маникюрные ножницы.

Кулак повернулся к дверному проему и прислонился к раме, глаза закрыты, лицо покраснело, будто он боролся со слезами.

– Чего ты хочешь от меня?

Он утер слезы широкой ладонью, на тыльной стороне которой виднелись татуировки. Тюремные?

Когда я работала в отделе по борьбе с наркотиками, русские отхватили солидный кусок от торговли героином в Южной Флориде. Поговаривали, они снюхались с колумбийцами, чтобы выйти на рынок сбыта кокаина. С метамфитамином они не связывались, так как тот был и оставался оплотом белой швали.

Алексей Кулак. Русская мафия? Не это ли было второй работой Ирины, позволявшей ей вращаться среди богатых и знаменитых?

– Она мертва, – проговорил он. – Убита.

Кулак поборол свои эмоции и спрятал их где-то глубоко в себе. Я наблюдала, как он меняется, становится спокойным и сосредоточенным.

– Да, – ответила я.

– Она рассказала мне, как ты помогла той маленькой девочке. – Год назад двенадцатилетняя Молли Сибрайт, ошибочно считая меня частным сыщиком, обратилась ко мне за помощью в поисках своей пропавшей сестры.

– Ты знаешь людей, с которыми она путалась, – заявил он. – Этих сукиных детей, американских плейбоев.

– Нет, – солгала я. – Не знаю.

Русский пронзил меня взглядом, заставив почувствовать себя приколотым к планшетке насекомым. Исходящая от него энергия теперь была целенаправленной и интенсивной.

– Ты знаешь их.

Я промолчала.

– Я хочу знать, кто из них убил Ирину.

– Я не частный сыщик, мистер Кулак.

Он шагнул в ванную комнату, внезапно разозлившись и желая запугать меня.

– Мне плевать, как ты, мать твою, себя называешь. Я хочу знать, кто убил Ирину.

– Это дело полиции, – ответила я. Мне некуда было отступать, позади меня стоял туалетный столик. Кулак протянул руку и сжал мою нижнюю челюсть. Я украдкой вытащила ножницы, пырнула его в живот и почувствовала, как задела ребро. Он взвыл от боли и отшатнулся, изумленно глядя на меня, его рубашка пропитывалась кровью. Сжав кулаки, я замахнулась и нанесла ему мощный удар в скулу и висок. Он попятился, споткнулся и упал.

Я хотела перепрыгнуть через него, но он схватил меня за лодыжку, и я упала, сильно прикусив нижнюю губу. Вкус крови наполнил рот. Желая высвободиться, я пнула Кулака. Наши руки и ноги сплелись, я пыталась протолкнуться вперед, подобрав под себя ноги и встав на колени.

Когда я снова попыталась вырваться, Кулак схватил меня сзади за шею и отшвырнул к стене, припечатав сверху своим телом.

– Сука! Ты пырнула меня!

– Ага, и, надеюсь, ты от этого сдохнешь.

Он захихикал, потом засмеялся сильнее и, наконец, расхохотался в полную силу.

– Да ты как Ирина.

Я надеялась, что нет. Не хотела думать о подводной живности, обгладывающей мое лицо, пока я мертвой лежала в дренажной канаве.

– Ты, – сказал он, вмиг становясь предельно серьезным, – будешь моими глазами, ушами и мозгами. Они примут тебя. Ты одна из них.

– Я на тебя не работаю, – ответила я. – Я хочу знать, кто убил Ирину, но на тебя не работаю.

Он развернул меня и теперь прижимал к стене за горло. Мои ноги едва касались пола. Кулак выглядел так, словно его вообще не волновало, раздавит он мне гортань или нет.

– Нет, мисс Эстес, – вкрадчиво проговорил он. – Боюсь, что работаешь.

Я не возразила.