— Месяц — это нереально, детка, — улыбнулся Султанов. — В конце года в фирме всегда много работы. Боюсь, что через неделю, ну, не позднее, чем через десять дней, Ярославу придется поехать на Украину.

— А ты не мог бы подобрать ему какую-нибудь другую работу? Без этих ужасных командировок?

— Не мог бы, — мягко ответил отец. — Каждый должен делать то, что умеет. Ярослав умеет вести переговоры. Мне тоже хотелось бы, чтобы вы расставались как можно реже, — добавил он, взглянув на расстроенное лицо дочери. — Но я возлагаю на него большие надежды и хочу, чтобы он оправдал их. Ведь теперь он женатый человек, ему нужно содержать семью. А ты, детка, не привыкла к бедности.

— Мне наплевать, беден он или богат, — заявила Ирина. — Главное — мы вместе, и мы любим друг друга.

— Ага, — недовольно проговорил ювелирный король, — с милым рай и в шалаше. Неужели ты до сих пор веришь в эту романтическую чушь? Кстати, знаешь, как теперь говорят? С милым рай и в шалаше, если милый на «порше».

— Папочка! — засмеялась невеста. — Тебе совсем не идет повторять чужие глупости!

Краснов танцевал, как всегда, отлично. Но Виктория чувствовала, что на этот раз танго не доставляет ему удовольствия. Ярослав просто ждет, когда музыка кончится.

— Ты на меня сердишься? — спросила она, почти не разжимая губ.

— Тебе не стоило этого делать, — недовольно ответил он.

— Прости, — пробормотала она. — Но я не смогла удержаться. Услышала музыку, вспомнила…

— Ты всегда была умной и рассудительной девочкой, — сказал Краснов, резко поворачивая ее в танце. — А тут такие сцены…

— Но разве произошло что-то ужасное? — улыбнулась она. — К тому же, я соскучилась…

— Вика, пожалуйста, возьми себя в руки, — попросил он.

— А мне больше нравится находиться в твоих руках…

— Замолчи, — его шепот прозвучал угрожающе.

— Ярослав, я не могу тебя ни с кем делить, — взмолилась она. — Я уже готова убить ее. И тебя тоже.

— Вика, успокойся! Мы не навек с тобой расстаемся!

— Но ты так на нее смотришь…

— А как я должен смотреть на свою невесту в день свадьбы? Я же говорил тебе, что люблю ее. Но я люблю и тебя.

— Так не бывает.

— Почему? — искренне удивился он. — Христос велел любить всех. Если можно любить всех, то почему нельзя любить двух женщин одновременно?

— Замолчи, Ярослав! Ты говоришь ужасные пошлости!

— Нет, ты уж послушай! Каждый мужчина должен когда-нибудь жениться…

— Но ты мог жениться на мне!

— А я думал, ты уже замужем, — холодно усмехнулся он. — И я, между прочим, никогда не грозился убить твоего Смита.

— Потому что тебе было все равно, — сказала она.

На этот раз он промолчал.

Когда музыка кончилась, он так же молча отвел Викторию на ее место.

А возвратившись к своему столу, был встречен восторженным взглядом раскрасневшейся Ирины.

— Милый, я и не знала, что ты так замечательно танцуешь! Поучишь меня когда-нибудь?

— Конечно, дорогая. — Краснов наклонился поцеловать руку жены, всей спиной ощущая тяжелый взгляд Султанова.

Не дождавшись возвращения Чагина, Саша хотела было уже вернуться за стол, но увидела, что к ней направляется Калязина.