|
Он сразу заметил, что глаза у Стефи припухли и покраснели, словно она совсем не спала. Тем не менее именно она взялась представить ему сначала свидетеля, потом - женщину-капрала Мэри Эндикотт. - Ты должен ее помнить, Хэммонд, - добавила Стефи. - Когда-то мы с ней уже работали. Хэммонд поставил на стул кейс, пожал руку полицейской художнице и повернулся к Джону Дэниэлсу, который, лежа в постели, пил жиденький чай и отщипывал крошечные кусочки от лежавшей на подносе булки, - Мне очень f`k|, - начал Хэммонд, - что ваш визит в наш город оказался омрачен столь печальным инцидентом. Надеюсь, сегодня вам уже лучше? Джон Дэниэлс кивнул. - Намного лучше, э-э-э.., мистер Кросс. По крайней мере, я чувствую себя в состоянии выбраться отсюда. Врач обещал выписать меня сегодня, так что, если возможно, давайте покончим с этим делом до того, как за мной приедет жена. - Ну, насколько быстро мы справимся с этим делом, будет зависеть от вас. - Хэммонд улыбнулся профессиональной улыбкой. - Капрал Эндикотт - отличный специалист. Вам нужно только поточнее описать женщину, которую вы видели в тот день в коридоре. По вашему описанию мы попробуем составить ее портрет. Дэниэлс беспокойно пошевелился. - Скажите, мистер Кросс, мне придется давать показания в суде? Я имею в виду, если вы поймаете ту молодую леди и она окажется убийцей... Должен ли я буду подтвердить свои показания под присягой? - Эта возможность не исключена, - ответил Хэммонд, слегка наклонив голову. Джон Дэниэлс с несчастным видом вздохнул. - Что ж, если до этого дойдет, я исполню свой гражданский долг. - Он пожал плечами. - Может быть, начнем? - Сначала я хотел бы выслушать ваш рассказ, - возразил Хэммонд. - Мистер Дэниэлс пересказывал нам свою историю уже несколько раз, - вмешался Смайлоу. - Я не думаю, что вам удастся узнать что-нибудь новое. До этого момента Смайлоу, открывший рот только для того, чтобы ответить Хэммонду на его “доброе утро”, был молчалив и неподвижен, словно игуана, греющаяся на солнцепеке. Сама его поза свидетельствовала о полной погруженности в благодушную дремоту, однако и в этом спокойствии Хэммонду чудилась затаенная угроза. Смайлоу как будто подстерегал добычу. Впрочем, Хэммонд тут же подумал, что пришедшее ему на ум сравнение с ящерицей объяснялось скорее всего сильнейшей антипатией, которую он испытывал к этому человеку. Кроме того, этим он, пожалуй, оскорбил безобидных рептилий. Уж если сравнивать Смайлоу с кем-нибудь из них, то, пожалуй, гораздо более точной была бы аналогия с затаившейся в засаде змеей. Сегодня Смайлоу тоже оделся как на парад. На дорогом сером костюме не было ни единой складки, сорочка накрахмалена до такой степени, что об нее можно было играть в пристенок, узел галстука туго завязан. Взгляд его был ясным, лицо - умытым и свежим, и Хэммонд, который полночи ворочался с боку на бок, невольно позавидовал его цветущему внешнему виду. |
