|
., не зли меня. Пока я не получу мои денежки, я от тебя не отстану. В конце концов - они взаправду мои. Я их честно заработал, и ты должна отдать мне бабки по-хорошему, иначе... - По-хорошему, мне давно следовало тебя убить, - холодно возразила Юджин. - Именно этого ты заслуживаешь. - Это что, угроза? Боюсь, ты не отдаешь себе отчета, в каком положении находишься... - Он неожиданно ткнул ее в грудь твердым, как гвоздь, пальцем. - Заруби себе на носу, Юджин Кэрти: мне нечего терять, а ты теряешь все. Привези мне эти деньги, иначе... - Бобби, по-моему, ты не понимаешь, что тебе говорят. Я не могу отдать тебе деньги. Не сейчас. - Врешь. В конце концов, ты у нас - доктор, психолог и все такое прочее - ты и придумывай, как обмануть копов. Это не мое дело. - Он зло прищурился. - Ты привозишь деньги - я исчезаю. Нет - нет... Надеюсь, я ясно выражаюсь? Юджин почувствовала, как в ее душе снова вскипает ненависть к этому подонку, и поразилась силе и глубине этого чувства. - Эти две крошки... - промолвила она, кивнув на закрытую дверь спальни. - Знают ли они, что завтра утром проснутся без денег и украшений? - Зато они кое-что получат взамен. - Бобби подмигнул. Угроза, скрытая в ее словах, так и не дошла до его все еще одурманенного наркотиком сознания. - То, чего они хотели, и даже больше... От отвращения и ненависти Юджин едва не замутило, но она нашла в себе силы твердо покачать головой. - Держись от меня подальше, пока я не свяжусь с тобой, - едва сдерживаясь, повторила она и, выйдя за дверь, направилась к лифту. Бобби выглянул в коридор и, глядя ей вслед, прошипел: - Я стану твоей тенью, Юджин. Только оглянись - я буду рядом... Она не нашлась что ответить. * * * Хэммонд включил лампу на ночном столике, и стены, оклеенные пастельных тонов обоями, озарились мягким, теплым светом. Оглядываясь по сторонам, он вынужден был признать, что на убранстве номеров Лют Петтиджон не экономил. Во всяком случае, над “люксом”, в котором прошли последние часы его жизни, явно поработал один из лучших декораторов. Комната, в которой стоял Хэммонд, была просторной, но весьма уютной благодаря умело подобранным обоям и многочисленным мягким драпировкам. В специальной тумбе с распахнутыми дверцами находились видеомагнитофон и телевизор с двадцатисемидюймовым экраном. В нижнем отделении тумбы стоял проигрыватель компакт-дисков, лежал пульт дистанционного управления для телевизора и номер “Телегида” с программой. Хэммонд заглянул в ванную комнату. Развешанные на декоративной решетке полотенца были даже не смяты, словно их никто не трогал с тех onp, как в номере в последний раз побывала горничная. |
