— Мадина! — крикнул он. — Завтрак готов?

Ему никто не ответил. Он встал с кровати и заглянул на кухню. Она была пуста. Раздвинув занавески, он выглянул из окна во двор.

«Куда она делась? — подумал он, натягивая на голые ноги домашние тапочки. — Неужели вернулась к матери?»

Он прошел на кухню и включил газовую плиту. Поставив чайник, он направился в туалет. Умывшись, вернулся на кухню. Отсутствие женщины он ощутил сразу, так как уже давно отвык от домашней работы.

«Убью суку, — подумал он. — От меня просто так не уходят. Я бью дважды — один раз по голове, второй раз по крышке гроба».

Он открыл холодильник и долго смотрел на куски мяса. Не решившись достать его из холодильника, он взял три яйца, чтобы приготовить себе яичницу. Поставив сковороду на плиту, он вылил в нее яйца. Когда еда была готова, он сел за стол и начал завтракать.

— Леха? Ты дома? — услышал он.

Сергеев положил вилку и вышел из дома. Около ворот стоял Белов с сумкой в руках.

— Что тебе надо?

— Да так просто, заскочил поговорить. Зайти можно?

— Давай заходи, — Алексей открыл калитку.

Белов остановился в дверях и достал из сумки бутылку красного вина «Агдам».

— Может, отравимся? — он поставил бутылку на стол.

Сергеев молча посмотрел на него, открыл буфет, достал два граненых стакана.

— Разливай.

Белов разлил вино и, взглянув на хмурое лицо Сергеева, поднял стакан.

— Ну, поехали, — произнес он и, выпив, поставил стакан на стол.

— Леха? А где, твоя баба? — спросил его Белов.

— Я что-то не понял. Тебя это сильно волнует?

— Да нет. Просто спросил, — тихо ответил Белов, вдруг поняв, что для вопросов сегодня не самый удачный день.

Сергеев схватил со стола большой разделочный нож, которым он вечером разделывал худенькое детское тельце, и упер острие в горло Белова.

— Я тебя сто раз предупреждал, чтобы ты не задавал вопросов! Но ты, сука, видно, не понял?! — прошипел он, все сильнее и сильнее давя на нож.

Острое стальное лезвие легко проткнуло кожу, потекла кровь. При виде струившейся по шее крови в глазах Алексея сверкнуло безумие. Белов даже не думал сопротивляться. Страх полностью сковал его. Он хорошо понимал, что сделай он хоть одно движение и Сергеев просто зарежет его. Он даже не почувствовал, как из его штанины потекла теплая моча, образовавшая большую лужу у его ботинок.

Внезапно Сергеев ослабил давление на нож и заглянул в глаза Белова. Что он там увидел — покорность, страх, громадное желание жить или что-то другое? Он убрал нож от шеи Андрея и сел за стол, положив нож рядом с собой.

— Иди, помойся и убери за собой мочу. Я не люблю этот запах с детства.

— Я сейчас все уберу, Леха. Минуточку подожди, — заикаясь, ответил Андрей.

Он вскочил со стула и исчез за дверью. Вскоре вернулся с ведром воды и тряпкой. Закатав рукава рубашки, он вымыл пол, снял с себя мокрые брюки и снова исчез за дверью. Через минуту он появился в доме, неся с собой детское оцинкованное корыто.

— Леха, можно я постираюсь? — задал он ему очередной вопрос, и снова испугался.

— Валяй, — коротко ответил ему хозяин. — Дома все равно никого нет. Пока не найду бабу, будешь ухаживать за мной. Если что, убью.

— Я все понял, Леха. Сейчас я постираю штаны. На улице тепло, они быстро высохнут.

Он поднял ведро с водой, чтобы вылить его в ванну.