- Я выяснил вдруг для себя одну вещь. Оказывается, все электромеханические предприятия нашего города принадлежат иностранным компаниям. Если не считать сгоревший завод Глебова.

- Электромеханические предприятия? - секунду помешкав, Четин пожал плечами: - В общем, ты прав. Ну и что?

- Это ничего не говорит твоему патриотическому чувству? Ты ведь, если можно гак выразиться, нововременец?

- Нововременец! - Четин захохотал. - Чушь! Какая чушь! Ну и что? Пусть электромеханические предприятия принадлежат кому угодно!

- Как что? Ведь «Новое время» - газета с ярко выраженной патриотической направленностью! А электромеханика - дело будущего. Сделай выводы.

- О господи… - Четин положил на стол пачку «Герцеговины флор». - Арсений, я недолюбливаю немцев, есть за мной такой грешок, но насчет того, что в нашем городе полно иностранных компаний, имею, уж извини, свое собственное мнение.

- Какое же?

- Сейчас. - Четин взял папиросу. - Позволишь?

- Ради бога. Тут и так хоть топор вешай.

Прикурив и затянувшись, Четин спросил:

- Ты знаешь, между прочим, что Петербург переживает сейчас потрясающий расцвет? И вообще это в нашем веке лучший город мира?

- Браво. Я патриот, но до такого еще не дошел. Неужто лучший?

- Не иронизируй. Именно лучший. Понимаю, у тебя вертится на языке: кроме Петербурга, есть еще Лондон, Париж, Рим, прочие знаменитые города. Но заметь: каждый из них знаменит чем-то одним. Париж славен искусством, Рим потрясает памятниками зодчества, Лондон славится наукой и торговлей. Однако Петербург… Петербург вобрал в себя все. Все, понимаешь?

- Неужели? Никогда об этом не думал.

- А ты подумай. По расцвету науки Петербург не уступает Лондону. По зодчеству ничуть не уступит Риму. Что же касается искусства - Париж вынужден преклониться перед нами.

- Ну да, дягилевские вечера…

- Не только дягилевские вечера. Запомни, петербургские живопись, музыка, театр скоро загремят на весь мир. Так, как гремят сейчас дягилевские вечера.

- Тем не менее город действительно заполонен иностранными фирмами.

- Это не так плохо.

- Не так плохо? Уж не хочешь ли ты сказать, что расцветом нашего города мы обязаны засилью иностранных компаний?

- Не так грубо, Арсений, не так грубо. Все гораздо тоньше. Кстати, на этот счет у меня есть своя теория.

- Интересно. Что же это за теория?

- Сейчас попробую объяснить. Четин царственным жестом разогнал дым. - Видишь ли, на мой взгляд, иностранцы в Петербурге таскают для нас рояль.

- Таскают рояль?

- Именно. Ты не думал о том, что все люди делятся на тех, кто таскает рояль, и тех, кто на нем играет?

- Ну… Я как-то не подходил к событиям с этой точки зрения. Но в общем… В какой-то мере это так. И что же?

- Не в какой-то, а это неумолимый закон жизни. Но если копнуть поглубже, нации ведь тоже состоят из людей. Так вот, моя теория состоит в том, что нормальная, гармоничная нация - это та, в которой есть достаточное количество людей, умеющих и любящих таскать рояль, и людей, умеющих и любящих на нем играть. Согласись, чтобы хорошо таскать рояль или хорошо играть на нем, надо прежде всего любить это дело. То или другое. Не так ли?

- Ну… допустим, так.

- Так вот, есть нации, которые абсолютно не любят и не умеют играть на рояле. А любят и прекрасно умеют его таскать. Таскать и только. Это трудолюбивейшие, достойные всяческого уважения нации. Я склоняю перед ними голову. Но увы, как только речь заходит об игре на рояле, они пасуют. Как говорится, ни тиру ни ну. То есть, если приспичит, как говорится, из-под палки, они могут немного поиграть на этом прекрасном инструменте.