- Да уж сообразил.

- Неужели Барт заявил в полицию?

- Барт - в полицию? Окстись. Барт никогда в жизни ни о чем не будет заявлять в полицию. Просто человек, который позвонил мне по твоей просьбе, сказал, что ты вывалился из черного «БМВ». По этому «БМВ» я и понял, что это был Барт.

- Этот человек, он что - сразу тебе позвонил?

- Сразу. Я успел предупредить дежурную часть, что беру происшествие на себя. Вообще этот твой приятель, Аржерон, оказался порядочным человеком, он спрятал твой «байярд». А затем передал его мне. Как я понял, ты успел пару раз из него пальнуть?

- Успел.

- Я пересчитал патроны, ну и… - Усмехнувшись, Марсель тронул ладонью щеку Жильбера: Малыш, я даже не спросил, как ты себя чувствуешь. Ты в порядке?

- Если не считать, что по мне будто десять бочек проехалось, - в порядке.

- Ничего, оклемаешься, ты парень крепкий.

- Надеюсь.

- Где они тебя прижучили?

- В гараже моего дома.

- Много их было?

- Трое, считая Барта. Пришлось стрелять.

- Попал?

- Попал. Одного я кокнул сразу, второй, когда Барт их увозил, еще стонал. Я заставил Барга погрузить их в машину. А заодно погрузился сам, иначе запросто мог отдать концы прямо там, в гараже.

- И что же Барту было от тебя нужно, если он так расстарался?

- Я расколол одного из похитителей Дюбуа, ну и… Мне кажется, Барт об этом узнал. Хотя понятия не имею, как именно он смог это сделать.

- То, что ты его расколол, Барта почему-то не устраивало?

- Угадал. Тот парнишка, похититель, признался, что наводку на это похищение им дал Ланглуа.

- Ценное признание.

- Очень ценное. Особенно если учесть, что это признание мне удалось записать на пленку.

- Если это так, для Ланглуа это гроб.

- Именно. Но узнать об этой пленке Барт мог только с помощью сверхъестественных сил. Об этой пленке знал только я, а теперь знаем только мы с тобой. Признание того парня я записал втихую. Я держал магнитофон в кармане, и все. Понимаешь?

Помолчав, Марсель сказал:

- Действительно, странно. Впрочем, Барт тертый мужик. Он запросто мог об этом догадаться. Зная, что ты работал в полиции, он мог просто-напросто предположить, что ты незаметно включил магнитофон.

В палате наступила тишина. Наконец Марсель сказал:

- Вот что, малыш, по-моему, тебя надо отсюда увозить.

- Увозить? Куда? - При одной мысли о перевозке Жильберу стало плохо.

- В другую больницу. Сюда запросто может заявиться Барт, чтобы попытаться выудить у тебя эту пленку. Или просто узнать у тебя, кто и что ты. И чем ты дышишь.

Такой слабости, какую он испытывает сейчас, подумал Жильбер, он не испытывал еще никогда. Но отдать концы в лапах людей Барта - хуже не придумаешь. Помолчав, он сказал:

- Если Барт решил бы сюда прийти, он бы давно уже эго сделал. Ведь я лежу здесь уже третий день.

- Третий день самое время, чтобы узнать, в какой именно больнице и в каком отделении ты лежишь. Нет, малыш, тебя нужно увозить. Конечно, я мог бы добиться, чтобы около тебя выставили полицейский пост. Но очень боюсь, что это сразу же наведет на тебя Ланглуа.

- Не нужно никакого полицейского поста, - сказал Жильбер.

- Не нужно? - переспросил Марсель.

- Не нужно. Если ты в самом деле боишься, что сюда придет Барт, запиши телефон. - Продиктовав телефон и подождав, пока Марсель его запишет, Жильбер продолжил: - Спросишь Шарля Секо, это мой друг. Ты можешь ему полностью доверять.

Прошло несколько секунд, и он увидел Марселя, склонившегося к нему почти вплотную.