Казалось, что золото льется от сводов до самого пола. Позднее при внимательном рассмотрении стал виден избыток позолоты, но первое впечатление заставляло вспомнить об Эльдорадо.
Они побывали во многих церквах, в том числе и в «Хофкирхе», где весь центральный неф занимала величественная гробница императора Максимилиана. По обеим сторонам ее возвышались массивные фигуры его предполагаемых предков. Среди них была скульптура английского короля Артура в боевых доспехах.
Устав от обзора достопримечательностей, Эми предложила посетить магазины, а потом посмотреть дворец бывших герцогов Тирольских. Его золотисто-желтый фасад окаймляли искусно постриженные деревья. Рядом находился фонтан Леопольда, в центре которого скульптор изобразил вставшего на дыбы коня, а по углам бассейна — неизменных нимф. Скамейки у фонтана выглядели весьма привлекательно, но Эми выбрала парк напротив, где можно было уединиться и спокойно съесть привезенный с собой ленч.
Парк был очень хорош. Вдали за деревьями виднелись горы. Их серые очертания наводили на мысль о грозовых тучах, и Ивлин невольно подумала, что может собраться дождь. Но небо было безоблачным, и яркое солнце освещало деревья и цветы.
Покончив с едой, Эми погрузилась в книгу по вязанию, которую она купила, а Ивлин от нечего делать стала разглядывать прохожих. Зеленая изгородь отделяла их от ближайшей дорожки, которая появлялась из-за деревьев и исчезала за клумбами. Со скамейки в тени деревьев Ивлин был хорошо виден ярко освещенный участок тропинки и гуляющие там люди.
Вдруг девушка напряглась, а ее глаза стали неотступно следить за парой, появившейся на тропинке. Мужчину она узнала сразу же; его было невозможно не узнать, хотя он был в сером костюме, который она никогда на нем не видела. Под руку с ним шла миниатюрная девушка; ее золотистая головка едва доставала ему до плеча. На ней было воздушное голубое платье и босоножки того же цвета, но она была слишком далеко от Ивлин, чтобы та смогла разглядеть ее черты. Однако девушка показалась ей молодой и хорошенькой.
Хотя Макс дал Ивлин понять, что в его жизни есть женщина, до сих пор эта незнакомка оставалась для нее чем-то абстрактным. Увидеть ее воочию, когда у Ивлин уже начали пробуждаться какие-то чувства к Максу, было равносильно холодному душу.
Теперь все встало на свои места. Эта девушка, должно быть, принадлежала к числу друзей Макса в Инсбруке, о которых он говорил, и это ее босоножки были оставлены в его машине, может быть, даже именно те, что сейчас были на ней. Макс не мог забыть, кому они принадлежат. Ивлин мысленно представила себе поле крокусов и девушку в голубом среди этих цветов, весело перепрыгивающую через ручей, который лично ей принес лишь неприятности. Девушка была такой хрупкой и изящной, что Макс легко мог перенести ее через ручей и вообще носить на руках. Без сомнения, ее хрупкость и пробуждала в нем желание защищать и лелеять ее, о чем он так много говорил. Удивительно лишь то, что девушка откладывала помолвку. Макс был завидным женихом, за которого любая другая сразу бы ухватилась. По манере держаться, по тому, как она опиралась на руку Макса, было видно, что она считает его своей собственностью. Почему же она не держит его при себе, вместо того чтобы позволять ему проводить время с другими девушками? Вероятно, она была маленькой тщеславной кокеткой, и ей нравилось играть его чувствами. Очень возможно, с презрением подумала Ивлин, отказываясь признаться себе, что ее терзает обыкновенная ревность.
Ивлин взглянула на свою тетю, но Эми, очевидно, ничего не заметила; она сосредоточенно изучала свою книгу. Пара уже скрылась из виду, когда она наконец подняла голову и сказала:
— Мне нравится рисунок этого джемпера. Я, пожалуй, попробую связать его. Мне, кажется, он тебе пойдет, дорогая. Ты не возражаешь против сочетания черного и белого?
— Лучше сделай его алым! — с жаром воскликнула Ивлин. |