Изменить размер шрифта - +
Здесь жили его родители, которым давно перевалило за семьдесят, а с ними целый набор кузенов, племянниц и племянников.
    У пристани неподалеку стояла старая рыболовная лодка. Она все еще была на плаву — благодаря скорее упорству его старшего брата, чем сохранности днища. Рэнди, одетый только в шорты до колен и шлепанцы, сидел на садовом стуле у пристани с банкой пива в руке и разглядывал лодку. При виде Джека он лишь слегка поднял вверх руку, в которой была зажата банка пива, — в этом и заключалось все приветствие.
    — Так что — идем на охоту? — спросил Рэнди, когда Джек подошел.
    — Ты уже связался с Ти-Бобом и Пийо?
    — Они в курсе. Будут здесь… — Рэнди посмотрел в сторону заходящего солнца, потом рыгнул и пожал плечами. — В общем, когда придут, тогда и будут.
    Джек кивнул. Братья Ти-Боб и Пийо Тибодо были наполовину черными кейджнами, наполовину индейцами. Еще они считались лучшими из всех известных ему здешних охотников. Прошлой весной они помогли поймать двух наркодельцов-контрабандистов, которые бросили свое суденышко в Миссисипи и пытались бежать через дельту. Поблуждав в плавнях более суток, беглецы были просто счастливы, когда их нашли братья Тибодо.
    — И на кого охота? — спросил Рэнди. — Ты так и не сказал.
    — На большую кошку.
    — Рысь?
    — Крупнее.
    Рэнди пожал плечами.
    — Так вот почему ты заявился сюда за Бертом.
    — Он у отца?
    — А где ему еще быть?
    Джек направился к дому. Он не знал причины, по которой его брат пребывал в особенно мрачном настроении, но мог догадываться.
    — Если идешь с нами, то тебе не надо пить.
    — Я лучше стреляю, если заглотну пару баночек пивка.
    Джек закатил глаза. К сожалению, его брат, возможно, был прав.
    Подойдя к дому, он распахнул дверь. Он не жил здесь уже больше десяти лет, купив дом около озера Понтчартрейн, — после урагана «Катрина» тот теперь нуждался в ремонте. Но никакое другое место он не считал своим домом в большей степени, чем это. Когда он вошел в прихожую, его охватил знакомый запах — масла для жарения с примесью пряностей, запах дыма и табака, за прошедшие годы впитавшийся в камень. Ожили в памяти самые счастливые годы детства, проведенные в этом шумном, беспорядочном, неустроенном, многолюдном доме. Теперь здесь было куда спокойнее — жилище словно погрузилось в сон в ожидании будущего пробуждения.
    — Qui c'est q'?a? — раздалось откуда-то спереди.
    — Это я, па, — откликнулся Джек.
    Чтобы найти отца, достаточно было держать курс на клубы трубочного дыма и мягкое, скрипучее звучание музыки в стиле зайдеко.[7] Отец сидел у себя в кабинете в конце коридора, где одну стену занимал камин, а другие были уставлены книжными шкафами.
    — Привет, Джек. — Отец попытался подняться с кресла.
    Джек махнул рукой — сиди, мол. Родитель со вздохом вернулся в прежнее положение. Артрит сделал его почти калекой, когда-то сильное тело высохло до костей, изъеденных в суставах. Наверно, ему было бы лучше в приюте для престарелых, но здесь он находился дома — среди своих книг, слушая музыку в компании со своей старой охотничьей собакой Бертом, последним представителем нескольких поколений ищеек. Собаки были такой же частью семейства Менар, как любой из братьев или сестер.
    Черный с подпалинами пес лежал у пустого камина, вытянувшись на прохладном камне, — одни ноги и уши.
Быстрый переход