Наконец, вернувшись после очередного путешествия, Ром застал Меркела на смертном одре. Он и сам постарел, и в фиолетовых волосах его появилась седина, но старику было больше сотни лет.

Три дня Ром провёл у его кровати, держа своего отца за его сморщенную, сухую руку. Иногда Меркел спал. Иногда его глаза, казалось, смотрели в давнее прошлое, и тогда он обращался с Ромом так, словно последний всё ещё был мальчишкой, вместе с которым и другими наёмниками они бродили по землям, раздираемым войной.

И лишь на третий день, под самый конец, глаза Меркела прояснились, и он сказал:

— Не делай глупостей… — после чего веки старца закрылись навсегда.

Ром покачал головой и направился в свой тронный зал. Там он махнул рукой, приказывая слугам разойтись, снял корону и белый плащ, аккуратно положил их на свой каменный престол и ушёл. Стражники не задавали вопросов, они привыкли, что правитель их время от времени уходит на продолжительные прогулки, и едва ли могли предположить, что в этот раз он не собирается возвращаться…

Ром покинул пределы замка, покинул город и вышел по мощёную дорогу. Затем он спустился по поросшей мхом каменной тропинке, проделанной в стене утёса, и вышел на пляж.

Море перед ним сотрясала ужасная буря.

Ром запрыгнул в заранее приготовленную лодочку и силой мысли вывел её на воду.

До сих пор ни один корабль, ни с этой, ни с другой стороны не мог преодолеть вечный шторм, который наслал Великий Белый Дух. И всё же на лице Рома не было страха, но лишь тусклая улыбка, пока он вёл своё маленькое судно в сердце бури, которая могла за считанные секунды превратить двухъярусный корабль в щепки.

Наконец, когда волны стали возвышаться прямо перед ним, Ром вытянул руку, сделал сосредоточенное лицо и окутал свою лодочку в незримый барьер.

Обычному эльфу или даже Маргулу сложно было прорваться через бурю.

Но что насчёт Генерала Пятого Неба?..

Вскоре Ром получил ответ на свой вопрос.

Даже генералу Пятого неба было совсем непросто… В небесах гремели молнии. Огромные волны, словно руки титанов, обитающих на западном острове, пытались затащить его в свои недра. Кровь брызнула у него из носа от беспредельного напряжения… Всё это, казалось, длилось целую вечность, и когда Ром уже думал, что всё, конец, когда он вспоминал последние слова своего отца «Не делай глупостей!» и смеялся в душе с того, как быстро нарушил отеческий указ… Тогда морская гладь вдруг выпрямилась, и сверху вспыхнуло чистое голубое небо.

Был полдень.

Ром посмотрел на светило в небесной вышине, и, выгребая ведёрком воду, которая стремительно наполняла лодку, повёл своё судёнышко на восток.

Дорога была дальняя. Время от времени Ром ловил рыбу, запуская в морские пучины свои кинжалы; время от времени стрелял из лука по птицам. Однажды он заметил в небе огромное пернатое существо, которое держало в когтях гигантскую клетку. Прищурившись, Ром увидел, что глаза пернатого великана сверкали перламутром.

Целую неделю продолжалось его неторопливое путешествие. А на восьмой день, в тот самый момент, когда Ром впервые задумался о том, что, верно, поспешил с отправлением, и что ему следовало взять по меньшей мере карту или астролябию, — тогда на горизонте вдруг протянулась безграничная песчаная черта, на которой громоздились каменные своды.

На губах эльфа показалась тусклая улыбка.