– Похоже, мистер Трент чересчур долго жил в джунглях, – произнесла Клементина.

– Я пыталась его отговорить, – с мрачным видом отозвалась Амариллис, глядя на контракт.

– Что?! – Примостившаяся на краю стола Клементина чуть не свалилась на пол от неожиданности. – Ты пыталась отговорить его заключать договор? Да ты просто сошла с ума. Он самый выгодный клиент из всех, которые у нас были.

– Боюсь, как бы он не стал самым недовольным, – ответила Амариллис. – Из его затеи ничего хорошего не выйдет.

– Черт возьми. – Клементина нервно облизнула губы, в сложившейся ситуации она взвешивала все за и против.

Маленькая комната словно погрузилась во мглу.

– Не смотрите вы на это дело так мрачно, – заметил Байрон. – Трента называют Человек Лед. Он живая легенда. А это значит, что парень совсем не глуп. Он не может не знать, что всякие гипноужасы вряд ли возможны. Может быть, ему нужно проверить и исключить все варианты, прежде чем что то предпринять. Ведь теоретически не исключена вероятность существования сверхмощного гипноталанта.

– Безусловно. – На лице Клементины появилась язвительная гримаса. – Теоретически правы и эти чокнутые из секты «Возвращенцы», проповедующие, что Переход однажды снова откроется и мы все вернемся на Землю.

– Не смейся, Клементина. Трент вовсе не безумный фанатик, как эта публика из секты. – Байрон обратился к Амариллис: – Я знаю, что у него девятый уровень. Он сказал мне об этом, когда договаривался о встрече. Но какой именно у него талант?

– У него способность распознавать таланты в момент их фокусирования. Он талант детектор.

– И только? – Байрон был явно разочарован.

– Как сказано в его квалификационном свидетельстве, Трент – талант девятого уровня.

– Девятого, – восхищенно присвистнула Клементина. – Какая жалость: такой мощный энергетический потенциал и к нему такой бесполезный талант. Так же бессмысленно, как растопить сначала огромный кусок льда, а потом опять морозить воду и делать из нее кирпичи.

– Пример неудачного проявления принципа совместного действия. – Байрон с сожалением покачал головой. – Только представьте себе, как, должно быть, обидно иметь такой мощный талант и знать, что он способен лишь распознавать другие таланты.

– Наверное, это очень угнетает, – согласилась Клементина, – неудивительно, что в газетах ничего не сообщалось о его парапсихологических способностях. Скорее всего, у него нет желания об этом говорить.

– А вы знаете, – поджал губы Байрон, – уверен, у Трента действительно есть необычный талант.

– И какой же? – поинтересовалась Амариллис.

– Его прозвали Человек Лед, потому что он умеет находить места, где есть лед желе, «студень», как его называют. Я думаю, может быть, у него есть способность обнаруживать руду и минералы или еще что?

– Нет, он ведет разведку обычным способом, – возразила Амариллис. – А это означает кропотливые исследования и изнурительные полевые работы. У него диплом выпускника факультета минералогии кристаллов синергетиков.

Амариллис была мало знакома со сложным процессом, связанным с разведкой месторождений льда желе, но она хорошо знала, что это нелегкий, а порой и опасный труд. В то же время эта работа была жизненно необходима и хорошо оплачивалась.

Льдом желе или «студнем» называли в повседневной жизни вещество, которое в действительности представляло собой полужидкий кристаллический кварц полного спектра. «Студень» имел множество необыкновенных свойств, включая необычную желеобразную консистенцию, в этом состоянии он и встречался в природе. Но главное его достоинство состояло в том, что это вещество могло быть использовано для производства энергии, экологически чистой, высокопродуктивной и дешевой.