|
Еще я подумала о трепангах. О том, как их уносит отливом, а потом вновь приносит приливом. И как они лежат на берегу, освещенные лунным светом. Холодные и черные.
На небе поблескивают звезды, деревья дрожат на ветру посреди кислородного рая. Я напрягла слух, пытаясь расслышать нежный звук, с которым ночь принимает мир в свои объятия.
Соприкасаясь телами, мы изо всех сил стараемся прильнуть к телу другой вселенной, существующей независимо от нас, но сделанной из того же материала, что и мы сами.
Во сне мы храпим, разговариваем, скрипим зубами. Наши волосы и ногти растут, из глаз льются слезы, из носа – сопли. На коже выскакивают прыщи, потом исчезают. Мы потребляем жидкость и выводим ее из организма. Жизненный процесс не прекращается ни на секунду. Соки текут. Без остановки. Без конца. С физиологией трудно спорить. Она просто есть, и все.
Бьется сердце.
Я лежу в темноте и отчетливо слышу, как оно бьется.
Слышу собственными ушами.
– Рюичиро. Ты не спишь? Скажи мне только одну вещь. Как Кодзуми почувствовал, что Эйко в опасности, если он ее никогда в жизни не видел и даже не знал о ее существовании? Я уже не говорю о том, что она находится за тысячи километров отсюда.
– Я точно не уверен, но где-то слышал, что главное – захотеть узнать, ибо, захотев, – узнаешь, – произнес Рюичиро, немного растягивая слова на манер старинного песнопения.
– Это еще что такое? Цитата?
– Нет. Я просто хочу сказать, что в мире существует гораздо больше людей со сверхъестественными способностями, чем нам кажется. Причем эти способности даны им от рождения. Съезди в Индию или в Тибет, и ты сама в этом убедишься. Но это вовсе не значит, что экстрасенсы от природы не рождаются в других точках земного шара. Ты можешь наткнуться на них где угодно – в магазине, в офисе, в чистом поле, да мало ли где еще. И вот эти-то люди – они самые крутые! Они умеют сочетать свои необычные способности с обыденной, повседневной жизнью. Вдумайся, они же совсем как мы – где-то едят, где-то спят. И так каждый день. Просто невероятно!
– Ну, они же все-таки люди…
– Все равно – невероятно.
– Рюичиро, а ты сейчас пишешь что-нибудь?
– Ты, как всегда, – на любимую мозоль. Знаешь же, что не пишу.
– Так начни уже писать! Что тебе, материала не хватает? Подумай о тех, кто ждет не дождется твоей следующей книги.
– Я думаю, именно потому и не пишу.
– Ну хорошо. Проехали. А кто из писателей тебе больше всего нравится?
– Из писателей? – Он немного промолчал. – Ты знаешь, каждый раз, собираясь в путешествие, я очень долго решаю, какую книжку с собой взять, и, в конце концов, всегда беру «Музыку для хамелеонов» Трумэна Капоте. Не знаю, можно ли назвать его моим любимым писателем. Наверное, все-таки можно… И книжка, между прочим, не покетбук, а тяжеленная, в твердом переплете. Я ее уже раз сто перечитал, а она все равно мне не надоела.
– Надо будет почитать.
– А она у меня с собой.
– Ой, одолжи ненадолго.
– Нет проблем. – Рюичиро достал из-под подушки потрепанную книгу.
Обложка была в пятнах, страницы пожелтели. Сразу было видно, что эта книга не прозябает, забытая, на полке, а живет полной жизнью.
– У этой книжки счастливый автор.
– Ага, я тоже хочу быть таким… А ведь он, наверное, даже не подозревал, что какой-то японец будет таскать его детище по всему свету.
– Пожалуй…
– … Саку, тебе нравится мой роман?
– Нравится. Он, правда, мрачноват немного, на мой вкус…
– И?… Это все?
– Это все, – я засмеялась. |