— Могу прокрутить запись дальше, если хочешь, — без особого энтузиазма предложил Самманн.

— Не надо. Хватит мне кровищи на сегодняшний день, — сказал я. — В вакууме человек взрывается, да?

— Вроде того. К тому времени, как тело втащили в капсулу... в общем, эмиссара уже трудно было узнать.

— Так Геометры его... убили?

— Неизвестно. Возможно, он умер от естественных причин на их корабле или даже раньше. При вскрытии нашли лопнувшую аневризму.

— Думаю, там много чего нашли лопнувшего!

— Фу! — подала голос Корд.

— Вот именно. Трудно сказать, лопнула она до или после.

— С тех пор Геометры что-нибудь передавали?

— Мы не знаем. Спиль как-то просочился в сеть, но в остальном власти успешно контролируют информацию.

— Спиль все  видели? О нём вся планета знает?

— Чтобы остановить его распространение, власти перекрыли практически всю авосеть, — сказал Самманн. — Очень мало кто эту запись видел. Другие если что и знают, то лишь по слухам.

— Которые не веселее фактов. — Я рассказал о магистре Сарке, потом спросил: — Когда это случилось?

— Пока мы перебирались через полюс, — ответил Самманн. — Капсула совершила посадку на следующий день. Все, кроме эмиссара, живы и здоровы. Тем временем военные начали перемещаться к полюсам, как ты и сам заметил.

— Не пойму зачем, — сказал я.

— Эдр сейчас на орбите, проекция которой укладывается в приэкваториальный пояс...

— Да, и двигаясь на север или на юг, можно из-под него выйти.

— И, возможно, из зоны действия его оружия?

— Смотря какое у них оружие. Но я не понимаю смысла передислокаций. Геометры могут легко изменить орбиту. Первые месяцы они были на полярной, ты помнишь?

— Ещё бы не помнить, — сказал Самманн.

— Потом они её сменили, и...

— И что? — спросил Самманн некоторое время спустя, потому что я так и не закончил фразу.

— И я увидел... и мы с Алой увидели вспышки от бомб. «Манёвры поворота плоскости наиболее энергоёмки». Чтобы перейти на полярную орбиту сейчас и обстрелять военных у полюсов, Геометрам надо взорвать ещё много бомб. — Я взглянул на Самманна. — У них кончилось топливо.

— То есть... бомбы?

— Ядерные бомбы — их топливо. Корабль может нести ограниченный запас бомб. Когда топливо на исходе, Геометрам нужно...

— Дозаправиться, — сказал Самманн.

— Да. Найти технически развитую планету и реквизировать её запас радиоактивных материалов. Что в нашем случае означает...

— Эдхар, Рамбальф и Тредегар, — закончил Самманн.

— Вот что они хотели сказать нам в ту ночь, когда светили лазером, — продолжал я. — В ночь моего воко.

— В ночь, когда фраа Ороло ушёл с Блаева холма на Экбу, — добавила Корд.

ЧАСТЬ 8. Орифена

Дорога на юг заняла всего три дня и четыре ночи. Деньги были на исходе, потому мы ночевали в палатках. Юл готовил завтраки и ужины. Тратились мы только на обеды и горючее, мелькая, как тени, на заправках и в столовых конвейерного питания.

В первые день-полтора пейзаж состоял преимущественно из высаженных ровными рядами топливных деревьев. Посадки перемежались фабричными городками, где биомассу перерабатывают в жидкое топливо. Следующие два дня мы ехали через самую густонаселённую местность, какую мне доводилось видеть. Улицы были в точности как на континенте, с которого мы начали путь: те же вывески, те же магазины. Города стояли так близко, что смыкались предместьями: мы не видели просвета в домах, просто попадали из одной пробки в другую. Несколько раз нам встречались конценты: всегда в стороне от основной магистрали, на холме или в историческом центре города.