— Какова цена вопроса? — перебил его я.

— Тут дело скорее не в деньгах, — покачал головой Арнье. — Подобные артефакты, начиная с опала подлежат строгому учёту, так что просто купить их не получится.

Услышав это, я рассмеялся.

Там, где есть финансовые взаимоотношения, приобрести можно абсолютно всё, лишь бы покупатель обладал финансами и соответствующими связями.

Достаточно вспомнить Китай, моей родины, где за коррупцию полагается наказание в виде смертной казни. Да, подобная мера охладила особо пылких, но каждый год, по статистике, откуда-то же появляется пятнадцать-шестнадцать тысяч новых осуждённых? Это лишь добавило осторожности умным, которые как воровали, так и продолжают воровать, чем ты их не стращай.

Жажда обогащения в людях всегда останется тем, ради чего они готовы рисковать собственной головой, считая, что это их не коснётся, а поймают за руку кого-то другого, но не его умного и осторожного.

— Константин, давайте я перефразирую вопрос, — отсмеявшись, я снова взял в руки чашку, которую перед этим едва успел поставить на столик, чтобы не расплескать. — Лично вы сможете достать несколько подобных артефактов без особого риска? И не нужно мне больше говорить таких вещей.

— Если господину барону будет угодно, — улыбнулся кончиками губ Арнье. — Только цена будет раза в три дороже обычного прайса, учтите.

— С этим разберёмся, — отмахнулся я, прекрасно понимая, что я и в душе пока не знаю, какими финансовыми возможностями располагает мой род. Возможно это было легкомысленно, но артефакты мне были сейчас намного нужней, чем сохранение материальных благ, даже если их и осталось с гулькин нос. — Постарайтесь сделать это в самые кратчайшие сроки. Когда сможете приступить?

— Если сегодня я всё решу, то, думаю, завтра у вас будет всё запрошенное.

— Отлично, — воодушевился я, не рассчитывая на такой быстрый результат. — Тогда сегодня к вечеру получите необходимую сумму.

— Хорошо, господин барон.

Повисла пауза, в течении которой я бросил мимолётный взгляд на перстень. Странное украшение будто притягивало взгляд своими лаконичными обводами и нанесёнными на него инициалами. Не смотри я своими глазами, как перстень сменил форму, самостоятельно убрав камень и, превратившись в печатку, точно повторил размер моего пальца, то подумал бы, что это обычная поделка из серебра. А о наличии в нём магических способностей, ни в жизнь не догадался бы.

— То, что родовой перстень вас признал — это хорошо, — тихо заговорил Константин Арнье, всё это время внимательно наблюдавший за мной. — Только это создало вам ряд определённых трудностей. Сразу хочу сказать, чтобы вы не корили себя — это случилось бы в любом случае, поскольку родовой перстень признал бы только одного из рода или второстепенных ветвей. У вас, господин барон, не было выбора.

— А если бы он отказался меня признавать?

— Его форма оставалась бы неизменной. Но уж я могу отличить тот, который видел на пальце у барона, и ваш, чтобы понимать, что именно произошло. И каждый одарённый по характерному плетению поймёт, что именно вы носите на руке.

— И что же произошло? — внутренне похолодел я, понимая, что услышу что-то крайне неприятное. И Арнье меня не разочаровал.

— Вы стали главой Рода, господин барон. И теперь даже сам император не сможет оспорить это право, что уж говорить о вашей тёте... Только боюсь, что у вас теперь — серьёзные проблемы.

Глава 9

Беседа с Арнье получилась содержательной. Я узнал довольно много информации, которой предыдущий владелец моего тела просто не придавал значения, ввиду его юного возраста. И я его прекрасно понимал, поскольку сам не знаю ни одного ребёнка, который бы интересовался политикой, или, к примеру, принципами работы акведуков в Египте.