Я успел в самый последний момент.

Чудом ухватившись в прыжке за тент, из последних сил подтянул своё тело, стараясь, чтобы скользкое полотнище не выскользнуло из хилых ладоней. С трудом перевалившись через борт «Рамеда», я облегчённо растянулся на металлической поверхности, заметив, как Глен, метнувшийся за мной, не сумел повторить мой манёвр.

«Похоже, из-за моего демарша кому-то сегодня достанется».

О том, что может случиться в худшем случае, когда наказывать будет некого и некому, я старался не думать, целиком полагаясь на квалификацию Арнье.

Дрогнув, грузовик начал движение вперёд, и, судя по увеличивающейся скорости и направлению, мчался он к воротам.

«Немощь, — разозлился я на самого себя. — Первое, что нужно — приводить это тело в порядок, чтобы не казаться дистрофиком на стадии издыхания».

Надеюсь, что магическая метка, о которой говорил Арнье, не подведёт, и нас найдут раньше, нежели Белман обнаружит меня в кузове.

«Господи, какой же идиот», — мысленно застонал я, имея в виду Келлера, который, видимо, решил этой жестянкой протаранить массивные ворота завода, поскольку скорость он сбрасывать и не подумал. Благо, грузовик был не до конца заполнен коробками, и мне удалось забиться в узкую щель между ними, обтирая одеждой пыльные картонные бока упаковок. Не бог весть какая защита, но есть шанс, что при ударе меня не размажет по бортам «Рамеда».

Сверху по кузову знатно громыхнуло чем-то массивным, а меня мотнуло так, что в какой-то момент я подумал, что вылечу оттуда вместе с грузом.

Обошлось.

«Рамед», преодолев единственную преграду, в виде казавшихся неприступными ворот, стремительно набирая скорость, удалялся от родового предприятия, даже не удосужившись включить фары. Спустя несколько минут грузовик начал поворачивать, окончательно перекрыв огни завода холмом. Если я правильно понимаю, Келлер сейчас пытается ехать тем же самым путём, которым приехали сюда мы. И вряд ли он ехал ко мне в поместье.

Единственным местом, куда он мог бы направиться, был Тихомирск.

«Бардак, — совсем некстати промелькнула мысль. — Дайте только выжить сегодня, на моём заводе таких говённых ворот и близко не будет. Не препятствие, а калитка трухлявая, прости, Господи. Заходи и бери что хочешь!».

По внутренним расчётам, прошло ещё около десяти минут, когда я отметил довольно странный стиль вождения Белмана. Грузовик, наподдав газу, уже нёсся, словно под колёсами был, как минимум автобан, а не ухабистая тёмная степь, с дороги в которую мы съехали несколько минут назад. Сначала я посчитал это каким-то тактическим манёвром, с целью запутывания следов, но по рыскающему со стороны в сторону «Рамеду» становилось понятно, что у водителя явно не всё в порядке.

« Сука, лишь бы не перевернулись!».

Я оказался прав и понял это уже после того, как медленно снижая скорость, грузовик через несколько сотен метров остановился, так и не включив фар. Стараясь не шуметь, я выбрался из коробок, которые от тряски рассыпались по всему кузову. В тот момент шорох моей одежды показался мне настолько оглушительным, что вызволение из картонного плена пришлось растянуть из соображений тишины, изображая ящерицу. Отбросив тент, я, наконец, выпрыгнул из кузова, попытавшись мягко приземлиться на ноги.

Несмотря на мои опасения, из кабины никто не спешил выходить.

Забравшись на подножку, аккуратно заглянул в салон и непроизвольно вздрогнул от неожиданности, поскольку встретился взглядом с Келлером Белманом. Не нужно быть медиком, чтобы понять, он уже не жилец.