Изменить размер шрифта - +
Андропов, по утверждению автора, вырос не в европейских, а в азиатских традициях, под влиянием мусульманства и греческой ортодоксии. «Он не имеет приверженцев в русской части коммунистической партии. Лишенный теплоты русского человека, этот эксперт по тайным службам не имеет будущего. Вряд ли он останется у руководства больше одного года»<sup></sup>.

<style name="15">На похоронах Л. И. Брежнева внимание большей части западных наблюдателей было обращено не на гроб с телом покойного и не на отношение советских людей к его смерти, а на каждый шаг, слово или жест нового советского лидера. С удивительной точностью сбывалось предсказание американского биографа Брежнева Д. Дорнберга, который за много лет до смерти своего героя писал: «При правлении Брежнева СССР регрессировал как в культурном, так и в интеллектуальном отношении, а также в рамках человеческой свободы… Все это было связано и привязано к возбужденному протесту и инакомыслию, единственной реакцией на которые у Брежнева были репрессии… Хрущев, какими бы ни были его мотивы, по крайней мере поддерживал надежду на такое общество, в котором граждане смогут дышать более свободно, служащие смогут проявлять инициативу, не боясь последствий, может быть установлено согласие между партией и народом, а власть режима сможет в какой-то момент опираться скорее на законность и доверие, чем на страх. Брежнев убил эту надежду… Советский Союз, который он оставит после себя, будет бесконечно более унылой страной, чем та страна, которую он нашел в начале своего правления.

<style name="15">День спустя после падения Хрущева один американский гость сообщал из Москвы, что глаза его знакомой из Интуриста были красными от многочасовых горьких рыданий. Хрущев, объяснила она ему, освободил ее семью от тюремного лагеря Сталина в середине 50-х годов. Но кто будет плакать, когда Леонид Ильич Брежнев сойдет с политической сцены?».

<style name="15">Комментируя похороны Брежнева, на которых никто не плакал, кроме жены, дочери и Андрея Кириленко, русская эмигрантская печать вспоминала слова Н. Гоголя из «Мертвых душ»: «И вот напечатают в газетах, что скончался, к прискорбию подчиненных и всего человечества, почтенный гражданин, редкий отец, примерный супруг, и много напишут всякой всячины… а ведь если разобраться хорошенько, так на поверку у тебя всего только и было, что густые брови».

<style name="15">Именно на похоронах Брежнева Ю. В. Андропов произнес первую публичную речь как Генеральный секретарь ЦК КПСС. Это было, в сущности, короткое вступительное слово, открывающее траурную церемонию. Для участия в похоронах прибыли представители почти ста стран, в том числе 19 глав государств и около 30 глав правительств. После похорон на приеме в Кремле глава каждой из зарубежных делегаций подходил к Андропову, рядом с которым стояли другие члены партийно-государственного руководства страны, чтобы выразить соболезнование. С некоторыми из них проходили краткие беседы. Беседа с американской делегацией была, по словам Д. Буша, «конструктивной и откровенной». Многие наблюдатели отмечали сходство политической судьбы Андропова и Джорджа Буша, который еще недавно занимал пост директора ЦРУ, одной из самых влиятельных и секретных спецслужб западного мира. Надо сказать, что еще в 1980 году Андропов с вниманием и заинтересованностью следил за политическими успехами Д. Буша и видел в его карьере модель своего политического будущего. Всеобщее внимание привлекла беседа Андропова с китайской делегацией, возглавляемой министром иностранных дел КНР Хуан Хуа. Это был первый визит высокопоставленных представителей Китая в СССР после ожесточенной двадцатилетней полемики, враждебных выступлений и военной конфронтации. Не остался незамеченным и тот факт, что после обеда в Кремле руководители социалистических стран попрощались с Андроповым и Громыко, тогда как китайский министр отложил свой отъезд на два дня явно для того, чтобы провести переговоры с высшими советскими руководителями.

Быстрый переход