Рози кивнула, потом подошла к окну и остановилась. Перед ней открывался вид на Родео Драйв, уже сверкающую рождественскими огнями и украшениями, хотя был еще только ноябрь. Мысли ее были устремлены к Джонни.

– У него кто-нибудь есть? – неожиданно для себя самой спросила она.

– Насколько мне известно, нет,– ответила Нелл, с интересом поглядывая на Рози.– Я просто уверена, что нет.

В этот момент раздался стук в дверь, и Нелл пошла впустить официанта с подносом в руках.

Когда они опять остались вдвоем, Нелл, разливая по чашкам чай, продолжила:

– В его жизни никогда не было серьезного увлечения, насколько я могу судить об этом. По крайней мере в последние годы, при мне, точно не было. Конечно, бывали всякие там танцовщицы, сумасшедшие поклонницы или просто девки. Но это все так – на одну ночь.

– А как ты думаешь, почему он... почему он никогда не был женат?

Нелл пожала плечами.

– Это одному богу известно. Садись-ка, попьем чаю. Не берусь даже гадать, почему он не женат и почему у него не было длительных связей. Я сейчас припоминаю некоторые слухи о нескольких его романах. Но это все было несерьезно.– Сделав несколько глотков, Нелл продолжала слегка удивленно: – Мне сейчас пришло в голову, может, он просто никогда не любил? Возможно, в этом все дело.

– Может быть.– Немного помолчав, Рози спросила: – Что же он на самом деле за человек?

Брови Нелл взлетели вверх, и она испытующе посмотрела на Рози.

– Если честно, я сама не очень его понимаю. Он никого не подпускает к себе слишком близко, держит на расстоянии, по крайней мере в том, что касается личной жизни.

– Но, мне кажется, тебе он полностью доверяет.

– Да, на деловом уровне. Как ты, наверное, заметила, он постоянно печется о своей карьере, а я, очевидно, вселяю в него уверенность. Надо сказать, он вообще очень беспокойный человек, у него это как хроническая болезнь – переживает по любому поводу, терзается сомнениями. Но вообще-то он славный парень, всегда был добр и внимателен ко мне. Конечно, немного самовлюблен и эгоистичен, но на то он и поп-звезда. Ты лучше меня знаешь, какими чокнутыми могут быть артисты.

– Но только не Гэвин! – воскликнула Рози.

– Разумеется, не Гэвин, но он лишь исключение из правил. Однако вернемся к Джонни. Он очень порядочный человек и добрый, как я тебе уже сказала. Но все же...

– Все же что? Нелл вздохнула.

– Я и сама толком не знаю. В нем есть что-то... в чем и не могу до конца разобраться, какая-то отчужденность, даже таинственность. Представь, он избегает говорить о своей семье.

– А у него есть семья?

– Есть где-то дядя, совсем старик. Кажется, во Флориде. А тетя умерла. Вот эти дядя и тетя его и воспитывали. А мама его, он как-то рассказывал, умерла, когда он был совсем ребенком. Братьев и сестер у него нет. Фактически и семьи-то нет – один дядя. У него, вероятно, было одинокое безрадостное детство, проведенное в нищете. Хотя, я полагаю, дела его дяди потом пошли неплохо. Подробности он мне не рассказывал: Джонни не любитель пооткровенничать с кем бы то ни было. Ну а я никогда не задавала лишних вопросов. Наверное, потому что он всегда такой скрытный в отношении своей личной жизни и своего прошлого. Друзей у него немного – живет сам по себе.

– Он мне нравится, Нелл.

– А я знаю.

– Неужели?

– Точно.

– Почему?

Нелл рассмеялась.