— Что, не терпится крылышки получить? — пошутила Ким.

— Ты мне не веришь, да? — Джерри придвинулся к ней.

Не успела она опомниться, как он уже целовал ее. Поцелуй вышел долгим и страстным, полным желания и обещаний. Ким вдруг осознала, что отвечает на него с не меньшей силой.

Но вот Джерри выпустил ее из объятий. Обхватив ладонями ее лицо, он произнес:

— Ты так красива! Против всяких правил я влюбился в тебя по уши. — Он провел большим пальцем по ее губам и спросил: — Знаешь, как я это понял?

Ким не знала. Но подумала: не испытывает ли он того же тревожного ощущения глубоко внутри, что и она?

— Я просто прислушался к тихому голосу, что шел изнутри. И тогда понял.

Ким все смотрела ему в глаза. Постепенно они стали темнеть и темнеть, пока не превратились в зеленые.

— Прислушайся к себе, и ты поймешь, что я рассказал тебе правду. Ты поймешь, что мужчина, признавшийся тебе в любви и готовый защищать тебя, — не Джеральд.

Как она поддалась на его уговоры сейчас же ехать в офис? Видно, все-таки услышала этот самый голос. Иначе зачем они сейчас роются в столах и бумагах, ища разгадку, которая помогла бы Джерри предотвратить ее скорую гибель?

К тому же ей не удавалось думать ни о чем, кроме его признания. Ким безотчетно провела пальцами по ангелочку, брошке, которую приколола поверх простой футболки, когда переодевалась. В его словах было столько нежности и искренности; они запали ей в душу. Она тут же вспомнила о ничего не стоящих признаниях Джеральда, сопровождавшихся вином, цветами или конфетами.

— Может, вернемся домой? — предложила Ким. Раз они ничего не нашли, успеют хоть немного поспать.

Джерри в последний раз бросил взгляд вокруг и согласно кивнул.

Они заперли двери на ключ, вернулись к машине Найдермайеров и сели. Внезапно Джерри повернулся к Ким.

— А фабрика? Вдруг разгадка там? — предположил он. — И мы что-нибудь разыщем?

Ким устало навалилась на руль.

— Уже полночи прошло. Да и нет там сейчас ни души. Мы давно отказались от ночных смен.

— Тем лучше, — довольно улыбнулся Джерри. — Спокойно все осмотрим, и никто нам слова не скажет.

Ким тяжело вздохнула. Машина тронулась и поехала по пустынной улице. Высотные здания остались позади. Наконец они подъехали к фабрике Барнетов. Ким остановила машину у обочины и, подойдя к главному входу, отперла дверь.

Джерри включил фонарь. Пробравшись в кабинет начальника смены, они стали просматривать кипы бумаг, лежавших на его столе.

— Ничего, сплошные приказы о назначениях. — Джерри явно был разочарован.

— Знаешь, мне не очень-то по душе рыться в чужих вещах, — устало заметила Ким.

— Я не трону личные вещи, — пообещал Джерри, просматривая настольный календарь. И здесь ничего интересного. Тогда он перешел к ящикам стола. В верхнем оказалась коробка пончиков производства Барнетов — ее он не тронул. А вот журнал для мужчин, лежавший снизу, решил пролистать, но нечаянно выронил. Журнал упал, раскрывшись на развороте.

От увиденного у Джерри полезли глаза на лоб и отвисла челюсть.

— Боже праведный! — воскликнул он и, быстро подняв журнал, бросил его в корзину для мусора.

Ким громко рассмеялась.

— Может, уже хватит?

Джерри вытирал ладони о брюки, будто хотел избавиться от грязи.

— Нет, сначала пройдемся по фабрике. Я чувствую — твоя жизнь в опасности.

— Мы оба глупцы, — ответила Ким.