– Гейбриел. – Она заглядывала ему в глаза, словно старалась заглянуть в душу. – У меня будет ребенок.

– Ребенок, – недоверчиво повторил Гейбриел, как бы пробуя слово на вкус.

Мел тщетно пыталась разглядеть в его глазах радость сродни той, которую испытывала сама, но вместо этого увидела там страх и смущение.

Мел кивнула:

– Думаю, в начале лета. Я еще не была у доктора. – Она уронила его руки, и они так и остались лежать без движения.

Он смотрел так, словно сбылись самые ужасные его ночные кошмары.

– Тебе нечего мне сказать? – спросила она, чувствуя, как улетучивается ее собственная радость.

– Когда… это… это… – Гейбриел не смог договорить. Да это было и не нужно. Мел прочла его вопрос, все его сомнения и страхи в его глазах и вскочила с постели.

– Ты ждешь, что сейчас я встану перед тобой и буду уверять, что это твой ребенок? Пошел ты к черту! Я не собираюсь этого делать. – Она ходила у кровати, на которой сидел Гейбриел, обмотавшись простыней.

– Мел…

– Заткнись! – закричала она. – Не смей смотреть на меня, говорить со мной, не смей даже называть меня по имени.

Его невысказанное обвинение разъярило Мел, и груз его недоверия мгновенно сделался ей не по силам.

Она выбежала из комнаты, надеясь услышать за собой его шаги, но все было тихо.

Медленно, как во сне, Гейбриел встал с кровати. Он уже почти смирился с тем, что она и Джейк были любовниками какое-то время. Он не мог об этом забыть, но убеждал себя, что они считали его мертвым… и это он мог простить. Но растить ребенка, в чьем отцовстве он никогда не будет уверен? Это уже слишком.

Но какой у него выбор? Он не хотел терять Мел. Он поднял голову, услышав ее шаги в коридоре. Затем она вошла в комнату, одетая в брюки и теплое пальто, купленное им. Не говоря ни слова, она открыла комод, вытащила кое-какие принадлежавшие ей вещи и, не глядя, побросала их в небольшой саквояж.

– Что ты делаешь? – спросил он, глядя на нее усталыми глазами.

– Я уезжаю домой, – ответила она, не оборачиваясь.

– Ты дома, Мел, – устало произнес он.

Мел покачала головой, и ее волосы поднялись золотым облаком.

– Нет. Я возвращаюсь в Техас.

Гейбриел встал и подошел к ней. Он хотел дотронуться до нее, но побоялся.

– Ты не можешь уехать. Прости, я… – Он колебался.

– Что я? Закончи фразу, Гейбриел. Прости, я не верю тебе, Мел. Прости, я не верю ни одному слову из твоих лживых уст. – Она обернулась, и он увидел, как слезы в ее глазах делают их похожими на бриллианты. – Я не могу так жить. Боже, я уже себя не узнаю. Хожу на цыпочках, чтобы не расстроить тебя. Улыбаюсь, когда хочется кричать, потому что ты ведешь себя так глупо.

– Ты не можешь уехать, – повторил он. Мел смахнула слезинку:

– Ты удержишь меня здесь, только если привяжешь. Ты уже один раз это проделал, если помнишь.

– Помню.

– На всю жизнь ты меня не свяжешь. – Ее глаза словно просили не соглашаться с ней, но он промолчал. – Ни я, ни мой ребенок тебя больше не побеспокоим. – Она опустила глаза. – На самом деле жаль, что… что… – Не договорив, она выбежала из комнаты. Гейбриел последовал за ней.

Он обхватил руками голову:

– Тебе опасно путешествовать одной.

Мел схватила один из его револьверов и заткнула его за пояс.