Напряженное лицо Банни Макгэрри метнулось к Рори.

А затем…

Удар.

Темнота.

И ничто.

Глава вторая

Детектив-сержант Тим Спейн (одни называли его сержантом, другие — Гринго и никто — Тимом) оторвал взгляд от клавиатуры и посмотрел на напарника, с которым он работал уже три года. Положив ноги на стол, Банни Макгэрри ковырял в зубах разогнутой скрепкой.

— Затем у подозреваемого по неизвестным причинам закружилась голова, он утратил ориентацию в пространстве…

— Почти наверняка это оттого, что он идиот, — прокомментировал Банни.

— Заткнись. И вообще, ты должен заниматься отчетом.

— Черта с два, Гринго. Если ссышь лезть на крышу, будь готов писать отчет. Таковы правила.

— Какой оригинальный способ обращения к вышестоящему офицеру.

— Простите, ваше величество.

— И, как следствие, потерял равновесие. В ходе предпринятых детективом Макгэрри усилий…

— Прекрасное выражение.

— Спасибо… В ходе предпринятых усилий по перемещению подозреваемого на безопасную поверхность он впал в паническое состояние…

— Подозреваемый…

— …подозреваемый впал в паническое состояние и начал бороться с детективом Макгэрри, подвергнув опасности свою жизнь и жизнь детектива, тем самым не оставив офицеру полиции иного выбора, кроме как нейтрализовать подозреваемого через… путем…

— Ударом головой в рыло до полной отключки придурка.

— …путем проведения нетрадиционного, но эффективного приема самообороны. Затем подозреваемому были обеспечены безопасность и медицинская помощь в больнице Коннолли, смотреть приложение, бла-бла-бла… Офицер Макгэрри проявил себя как настоящая легенда и даже нашел время сожрать свои мерзкие сэндвичи, каковые ему определенно не дозволяется есть в машине.

— Это всё?

— Всё.

— Отлично, — ответил Банни. — Что ж, это было волнительно. Пойду-ка я домой, съем заслуженное карри и лягу спать пораньше.

— Ну пипец, — сказал Гринго. — Ты забыл, какой сегодня день?

— Девятнадцатое октября 1999 года. Если ты опять заведешь свою шарманку про апокалипсис и всякое такое…

— Нет… А впрочем, да… Мы не должны терять ни единой предоставленной нам секунды, пока весь ад не вырвался наружу, но… нет. Девятнадцатое октября! Только не говори, что эта дата ни о чем тебе не напоминает.

Банни уставился на Гринго.

— Господи, только не это!

— Оно самое. Сегодня твой день рождения!

— Нет!

— Это только ты так считаешь.

Глава третья

— Но у меня все ноги вспотели!

Малхолланд глубоко вздохнул и постарался не высказывать то, о чем бы он обязательно пожалел.

— Мне плевать. Ты не снимешь обувь в машине. Это и мое рабочее место, если вдруг ты забыл!

Дилейни сердито взглянул на него с пассажирского сиденья.

— И как ты меня остановишь?

— Опасный вопрос, когда рядом с тобой вооруженный человек.

Детективы Гарри Дилейни и Боб Малхолланд на мгновение встретились взглядами, затем отвернулись каждый к своему окну. Данное парное дежурство стало для них уже третьим, и это был не тот опыт совместной работы, после которого хочется обмениваться рождественскими открытками. Во всем, что касалось личной гигиены, Дилейни напоминал умственно отсталого бабуина. Всякий раз, когда Малхолланд бросал на него взгляд, палец Гарри оказывался в каком-нибудь новом отверстии: в ухе, глазу, ноздре или во рту. Ощущение возникало такое, будто Дилейни впервые выдали человеческую голову и он пытается понять, как она работает. Боб готов был мириться со многим, но снятая обувь стала той чертой, которую он ни за что не позволит пересечь.