– Мой разум не настолько затуманен, чтобы я не понимала, что ты делаешь.

– И что же я делаю?

– Я скажу тебе, как только вспомню.

– Позволь мне кое что прояснить, принцесса, – я никогда не видела Дамиэля таким серьёзным; даже во время допроса пленника, даже во время командования своими солдатами. – Я недоволен поведением Джиро, потому что не он должен был озвучивать это признание. А я. Каденс Лайтбрингер, я влюблён в тебя.

Глава 18

Признания ангела

«Я влюблён в тебя».

Слова Дамиэля эхом отдавались у меня в ушах.

Я моргнула.

– Что?

– На самом деле, я влюбился столь сильно, что после нашей миссии, проводя расследование в отношении твоего отца и узнав, что он организует твой брак с одним из его людей, с подконтрольным ему офицером Легиона, я вынужден был действовать. Я был уверен, что если расскажу тебе об этом, ты не поверишь в махинации своего отца. Я знал, что генерал Сильверстар активно настраивает тебя против меня.

– Так что я сделал единственное, что оставалось: я потребовал, чтобы Легион протестировал нашу магию. Учитывая наши общие магические странности и Бессмертное наследие, я знал: высока вероятность, что мы магически совместимы, и неважно, что ангелы никогда не были совместимы друг с другом. А если ты выйдешь замуж за меня, ты не окажешься замужем за шпионом своего отца. Ты будешь свободна. И я оказался прав. Мы совместимы. Когда Первый Ангел увидела наши результаты, она предсказуемо приказала нам пожениться.

– Так что я манипулировал Легионом, Первым Ангелом, всеми – исключительно ради своих эгоистичных причин. Потому что я не хотел, чтобы твой отец выдал тебя за одного из своих шпионов. Я должен был сделать это, даже если бы узнав о моём поступке, ты бы не захотела меня видеть. Как минимум мне удалось спасти тебя от замыслов генерала Сильверстара.

В моём горле встал ком.

– Дамиэль…

– Но я надеялся, что всё же ещё увижу тебя. Я эгоистично надеялся, что у меня будет шанс завоевать твоё сердце, – он опустился на колени передо мной. – Я неправильно обошёлся с тобой. Я манипулировал всеми подряд, чтобы жениться на тебе. И теперь я ожидаю твоего вердикта.

У меня отвисла челюсть. Я не могла поверить своим ушам. Мастер Дознаватель встал передо мной на колени, вверяя себя на мою милость. Но это шокировало далеко не так сильно, как его признание в любви ко мне.

Дамиэль поднял на меня взгляд, но так и остался на коленях.

– Скажи что нибудь, Каденс.

– Поверить не могу, что ты сделал это, – ахнула я.

– Я был эгоистом, – он вновь опустил голову.

– Ты не был эгоистом. Ты сделал это для меня. Ты сделал это, чтобы защитить меня, даже если бы я не поверила тебе по части замыслов моего отца. И ты сделал это, зная, что я могу тебя не простить. Это не эгоизм. Это бескорыстие, – я накрыла ладонями его щеки и заставила поднять взгляд. – Дамиэль, что ты почувствовал, когда я поцеловала тебя ранее?

– Надежду на то, что ты можешь чувствовать ко мне то же, что и я испытываю к тебе.

– И ужас при мысли, что ты играешь со мной, что ты знаешь о моём поступке и наказываешь меня за него.

– Отчаяние из за того, что ты, возможно, никогда не ответишь мне взаимностью.

– И блаженство, когда я забыл обо всём и просто целовал тебя. Когда я почувствовал, что ты отдаёшься поцелую, так просто было не беспокоиться о том, что всё это, возможно, не по настоящему. Мне было всё равно. Я просто хотел и дальше целовать тебя. Обнимать тебя. Притворяться, будто ты действительно моя.

Мои глаза щипало от слез, которые я отчаянно пыталась сдержать.

– Дурак ты, Дамиэль Драгонсайр.