– Но для этого уже слишком поздно, Каденс. Для меня слишком поздно. Правила к нам не применяются. Нам суждено быть вместе. Нам предречено стать единым целым, – его клыки дразнили мою вену. – Я хочу тебя. Я хочу почувствовать твою кровь и магию, обжигающую мои вены. Я хочу почувствовать свою кровь и магию внутри тебя. Я хочу, чтобы наши сердца бились как оно, чтобы наша кровь текла в одном ритме, чтобы наша магия слилась в единое целое.

– Что ж, – произнесла я, задыхаясь. – Когда ты преподносишь всё в таком свете…

– То есть, ты даёшь мне разрешение?

– Я даю тебе намного больше, – сказала я ему. – Я даю тебе всю себя.

Улыбнувшись, Дамиэль вновь опустил рот к моему горлу. Двойные вспышки наслаждения взорвались во мне, когда его клыки впились в мою кожу. Огонь полыхнул в моём теле ошеломительной, неудержимой эйфорией. В тот же момент я ощутила свою кровь и магию внутри Дамиэля, сталкивающуюся и сливающуюся с ним.

Застонав, я крепко вцепилась в его горячее, жёсткое тело. Мои клыки удлинились, обжигая дёсны хищной нуждой. Я должна была тоже ощутить его вкус. Этот отчаянный, опустошающий порыв завладел моим разумом и пересилил все былые протесты. Я хотела его, и я собиралась его заполучить.

Я впилась клыками в плечо Дамиэля, упиваясь приятным звуком, с которым они пронзили кожу. Дамиэль застонал мне в шею, и на моей коже это ощущалось как вибрация удовольствия. Его кровь хлынула мне в рот, и её вкус был таким же сладким, как Нектар богов.

Почему кровь на вкус напоминала Нектар?

Должно быть, я думала очень громко, потому что Дамиэль ответил: «Твоя кровь тоже на вкус как Нектар. Полагаю, это как то связано с нашей Бессмертной кровью».

Я едва слышала его слова. Магия в его крови воспламенила меня, затопила экстазом интенсивных ощущений. Я не могла этому противиться. Я не хотела этому противиться. Желание пить из его вены было абсолютно первобытным. Я должна была получить больше.

Я пила из него, а Дамиэль пил из меня. Каждый глоток его рта вызывал новую судорогу в моём теле. Каждая капелька крови провоцировала крошечный взрыв в моём рту, воспламеняя неукротимые и дикие желания, которых я никогда прежде не испытывала.

Моя магия врезалась в него, и каждая вспышка создавала из нас двоих нечто новое, связывала нас. Я вцепилась в Дамиэля. Он принадлежал мне. Целиком и полностью.

Он стиснул меня так крепко, что впился ногтями в мою спину. Но это не причиняло боли. Нет, я отчаянно желала, чтобы он стиснул меня ещё сильнее. Сделал меня своей так же, как я делала его своим.

Но этого было недостаточно. Этого не могло быть достаточно. Неутолимый и хищный голод бушевал во мне. Мы ещё недостаточно близки.

Дамиэль оторвался от моего горла и грубо впился в губы. Его ладони принялись срывать мою одежду.

Я ответила тем же, избавив его от рубашки.

– Я чувствую вкус своей крови на твоих губах, – произнесла я между поцелуями. – А ты чувствуешь свою на моих губах?

Он поймал мои запястья и прижал их к земле.

– Прекрати распалять меня, Каденс.

– Я ничего подобного не делала.

Его огромное твёрдое тело нависало надо мной.

– Потому что распалять меня очень опасно, – его ладони схватили край моих трусиков и стянули их вниз по ногам. Дамиэль несколько секунд рассматривал синюю кружевную вещицу. – Это не соответствует нормативам по нижнему белью.

Я дерзко приподняла брови.

– А я и не ожидала проверки нижнего белья.

Он бросил мои трусики через плечо.