— Ну и что? — спросил Борей с подозрением.

— А где рассказы о битвах Темных Ангелов и их героизме? — спросил Астелян в ответ.

— Лев вел легион, чтобы оборонять Терру, но по дороге пришлось много сражаться, и он прибыл слишком поздно.

— Итак, величайший стратег Империума Лев Эль'Джонсон, который никогда не терпел поражений, позволил себя задержать? Думаю, в это трудно поверить.

Астелян снова обессилел, ноги подогнулись, и он упал на плиту для допросов.

— А во что веришь ты, еретик? — Борей жаждал получить ответ.

— Есть одна очень простая причина неучастия Льва Эль'Джонсона в последней битве против Ереси Хоруса. — Астелян позволил себе скатиться на пол, сел там, прислонившись спиною к каменному столу, и закрыл глаза. — Если вдуматься, все это незамысловато, но очаровательно. Он ждал.

— Ждал? Чего ждал? — тихо спросил Борей. Астелян посмотрел капеллану в глаза и заметил, что в них промелькнуло любопытство.

— Ясное дело, он ждал, кто победит.

Борей вошел в камеру и закрыл за собою дверь.

ИСТОРИЯ БОРЕЯ

Часть четвертая

Экипаж «Сан Карте» умирал шесть часов. За это время отчаянные еретики предприняли четырнадцать контратак в надежде отбить мостик и снова активировать систему жизнеобеспечения. Каждое нападение наталкивалось на слаженные, смертоносные залпы болтерного огня. Шансы взять мостик у экипажа были ничтожными даже при благоприятных обстоятельствах: Темные Ангелы, неумолимые и безжалостные как в наступлении, так и в обороне, упрямо отказывались уступить хотя бы сантиметр пространства, их обезумевшие от отчаяния противники напрасно накатывали волна за волной. Воздух уходил сквозь распахнутые шлюзы и открытые клапаны, атаки в невесомости потерпели сокрушительный провал, и двести трупов, парящих в вакууме, стали результатом этого безрассудства.

Только когда внутренние сканеры корабля показали, что признаков жизни за пределами мостика нет, Борей решил, что опасность миновала. Работы оставалось еще немало. Более часа ушло на прочесывание заваленных трупами коридоров, выживших на судне не оказалось, обнаружить признаки присутствия Падших тоже не удалось, и Темные Ангелы вернулись на мостик с пустыми руками. Когда они вновь собрались вместе, Нестор озвучил мысль, которая с момента захвата капитанского мостика и так досаждала Борею.

— Если это корабль Падших, то где они все? — Апотекарий отвернулся от экрана, чтобы окинуть взглядом Борея. — Чем это судно отличается от любого другого рейдера в секторе? Что, если твоя информация неверна и в бойне не было смысла?

Борей ответил не сразу. Он тяжело прошагал через мостик к капитанскому креслу, черная кожа которого оказалась забрызгана кровью, иссечена осколками и пробита пулями. Капеллан посмотрел на разбитые, искрящиеся консоли, на парящие трупы и шарики крови, то поднимавшиеся, то опускавшиеся в оскудевшей атмосфере корабля. Что, если Нестор прав? Точно ли присутствие «Сан Карте» означает, что последователи Лютера посетили Писцину, или собственная реакция капеллана оказалась непомерно острой?

— Капитаном этого корабля был один из Падших, — ответил Борей. — С этого самого мостика на протяжении почти века он вел войну против Империума.

— Но сейчас его здесь нет. — Нестор растолкал тела, подступил к капеллану-дознавателю вплотную и указал на мундир одного из офицеров. — Посмотри, по мне так он не похож не предателя. Посмотри на их одежду, на значки и инсигнии. Имперские значки, инсигния имперского купца.

— Конечно, у них гражданские инсигнии, — перебил Дамас. — Они стыковались с орбитальной станцией, посылали шаттл на Писцину IV и при этом едва ли собирались афишировать свою предательскую суть.