– Думаю, мы здесь сделаем довольно коротко, – решил Дино. – У тебя отличная форма головы. Ты можешь себе это позволить.

Я открыла было рот, чтобы возразить, но поняла, что не должна.

Это из-за Гарва, понимаете ли.

Несмотря на распространенное мнение, он вообще-то был довольно покладистый. В большинстве случаев. Но относительно некоторых вещей он даже в переговоры не вступал.

1. Он ни в какую не соглашался купить одеяла с электроподогревом. Уж лучше умереть от холода. Он утверждал, что если лежать под таким одеялом слишком долго, то (цитирую) «поджаришься, как тост».

2. Он ненавидел, когда я ходила подравнивать волосы. Мои походы в парикмахерскую действовали на него угнетающе. Даже если я просто посушила голову феном, он осматривал меня дома и уверял, что меня обкорнали на десять сантиметров. Стрижка стала для него ночным кошмаром. Не важно, сколько раз я объясняла ему, что такое секущиеся концы и как они ужасны. Хотя его любовь к длинным волосам частенько раздражала меня, я ему потакала. Ведь у меня никогда не было времени пойти в спортзал, и мои мышцы были в отвратительной форме, но он ни разу на это не пожаловался.

Правда, когда Дино стал прикидывать разные формы причесок, я внезапно поняла, что теперь свободна и могу делать со своими волосами все, что душа пожелает. Даже налысо побриться, если захочу.

– Только не слишком коротко.

– С твоим лицом ты можешь себе это позволить.

– Но с моими волосами – не могу. Если они короче семи сантиметров, то закручиваются в отвратительные кудряшки. Я сразу становлюсь похожа на цветную капусту.

Я столько разных причесок перепробовала за эти годы: «фокстрот», «боб», «под горшок», под Рейчел из сериала «Друзья». Но я постоянно жила под гнетом страха, что у меня будет ужасный венчик из кудряшек, который в народе именуется «ирландской мамочкой».

– Слышу-слышу, – сказал Дино, щелкая такими огромными стальными ножницами, что они едва не царапали землю.

– Помой сначала ей голову, – прошептала Лара.

– Не учи ученого.

Черные клочки мокрых волос падали на белоснежный кафель, вес моей шевелюры заметно уменьшался. Это было странное ощущение. Уже десять лет я ничего не делала со своей головой, только подравнивала кончики. Время от времени меня охватывало беспокойство, потому что я забывала, как сильно изменилась моя жизнь. Гарв убил бы меня. Но тут я вспомнила, что он меня не убьет. Не сможет.

– Как твоя свиданка с танцовщицей? – спросил Дино Лару. – Изложи мне последние известия.

И они защебетали о своем, словно старушка Мэгги исчезла вовсе. Потом меня сушили, водя феном во всех направлениях. И только после этого наконец повернули лицом к зеркалу, откуда на меня смотрела новая Мэгги, с гладкими, блестящими волосами. Если сравнивать с предыдущей версией, то та Мэгги была трогательной недотепой, довольно скучной. Но это было уже так давно.

Наконец я нашла слова:

– Я совсем другая. Моложе.

– Хорошая стрижка так же хорошо омолаживает, как подтяжка, – заметил Дино.

Ага, и стоит примерно столько же. А стоила она просто до фига – сто двадцать баксов плюс двадцать на чай. Дома я бы за такие деньги подстриглась четыре раза. Еще и на коробку шоколадных конфет хватило бы, чтобы на обратной дороге полакомиться. Но если тут так принято…

Когда мы уходили, Дино сказал:

– Знаешь, у тебя превосходные брови, только надо придать им форму… Ты понимаешь, о чем я думаю? – обратился он к Ларе.

– Аннушка! – воскликнули они вместе.