Судя по рассказам, Ната жила в Тушинских трущобах. Отца не знала, мать вечно оставляла ее одну и пропадала по несколько дней, а потом возвращалась «странной и плохо пахла». В эти моменты Ната сама предпочитала не показываться ей на глаза, а потому сбегала из дома.

А потом, в один день, просто не смогла вернуться. Вернее, вернулась, но квартира была другой, чистой и светлой. А по ней бродили призраки. Сам момент перехода в зазеркалье она не заметила.

Сколько ей лет, она не знает, что происходит — не понимает. Но тем не менее, когда мы добрались до ларька с мороженным, она ловко подхватила одну из чашек и ею же зачерпнула огромную порцию мороженого. Полила все сверху шоколадным сиропом, накидала от души разноцветной посыпки и принялась есть. Хоть ложку взяла.

Мы смотрели на это дело с недоумением.

— Ай, че мы, а? — резонно заметил Зак и тоже пошел за мороженкой.

Разумеется, в его руках все моментально таяло и распадалось.

— Неумеха, неумеха, — рассмеялась Ната, отчего вызвала улыбку Метелицы.

— Нат, может ты нас научишь? — осторожно спросил я.

— Сами научитесь, — мотнула она головой. — Я тоже не умела. Потом само собой получилось.

— А ты, случаем, не помнишь, когда это произошло? На какой день?

— Не знаю, — пожала она плечами. — Когда живот стал очень сильно болеть, тогда и получилось.

— Значит, нам тут дня три голодать, — откинулся на спинку стула Зак.

— Больше, — покачал я головой. — Пару недель минимум.

— О чем ты?

— Она призыватель, — произнес я очевидное. — Зазеркалье, как и прочие планы, часть Анимы. Простой человек не может тут оказаться. Скорей всего ей сейчас тринадцать.

— Хочешь сказать, что у нее появилась длань и ее сюда засосало?

Я пожал плечами. Может так, может длань даже не успела проявиться впервые. У Айрин она вообще почти к восемнадцати появилась. Но сути это не меняет, организм начинает перестраиваться сразу.

Я даже мелким был немного крепче и быстрее своих сверстников. Призывателями рождаются, хоть это никак и не доказано.

— Ната, — обратился я к девочке. — А ты встречала тут кого-нибудь вроде нас раньше?

— Не-а.

— А кого-нибудь… Не призрака. Кто говорил с тобой, например. Или странных существ?

— М-м-м… Был один. Он тоже любит мороженое. Но он страшный, его огонь поцеловал. Сюда, — она ткнула пальчиком в щеку.

— Он тебя обижал? — с тревогой спросила Метелица.

— Нет, он хороший. Только страшный. Сказал, что ждет друзей.

— А давно это было?

— Да, — нахмурилась Ната. — Очень. Я много мороженого съела, но он больше не приходил.

— А ты не знаешь, где его искать?

— Он живет в грохочущем доме. Но я туда не хожу.

— Грохочущий дом? — нахмурился Рич. — Почему он грохочущий?

— Потому что он грохочет, — теперь и лучник получил свою порцию взгляда «ты дурачок что ли?».