— Я грохнул Азраила, который, оказывается, тут себя в жертву приносил ради общего блага.

— Ништяк, — флегматично ответил Гамбо.

— А я-то думал, что он просто пытается уничтожить душу этого наивного юноши, чтобы занять его тело.

— Что? — продолжал хлопать глазами Искар.

— Ты тупой, — пояснила Сиил, которая сидела в кресле, закинув ноги на стол. — Козырный трон, Эзо, намутишь такой же?

Я махнул рукой и из теней сплелось еще одно кресло. Девушка тут же плюхнулась в него и начала ерзать, усаживаясь поудобнее.

— Вы все сговорились, — мотал головой из стороны в сторону Искар. — Вы все предатели человечества. Еретики!

— Тупой.

— Наглухо, — подтвердил Гамбо.

— Эй, ему просто мозги промыли, — встал я на защиту парня. — Чего вы от него хотите, его же с детства к этому готовили.

— К чему готовили?

— Искар, — вздохнул я. — Азраил был старым и опытным мудаком. Так что он сказал тебе лишь половину правды, потому его ложь и выглядела такой убедительной. Ты действительно должен был стать сосудом, только есть нюанс…

Я, как мог, объяснил ему суть происходящего. Про Философский Храм, про ритуал, про то, что я видел. Про то, как Архангел лично защитил его душу.

— А это нормально? — вставил Гамбо.

— Про явление Архангела? Ну вообще да, насколько мне объяснял наставник. Во время инициации заключается что-то вроде договора. Душа призывателя принадлежит покровителю и в его интересах защищать ее.

Хотя, если вспомнить Молгана, он явно не в первый раз пытался скормить чужую душу Костяному. Может, он использовал только последователей младших сущностей, которые Костяному ничего не могли сделать?

— Я вам не верю, — прошептал обескураженный Искар.

— Ну действительно, — всплеснул я руками. — Давайте верить Азраилу, который города вырезал, чтобы артефакты заряжать и готовил тебя на убой, как подопытную мышь, намереваясь сжечь твою душу. А не человеку, который ее спас, привел тебя к покровителю, так еще и продолжает защищать.

— Какие города? Ты что несешь.

— Держи, — я бросил ему артефакт.

Резное древко четырех метров длиной. На конце реяло белое знамя с изображенными крыльями. Хор Тысячи Голосов. Так называлось это знамя, что выпало из дохлого Азраила. То самое, что усиливало бафы.

— Жители Новограда сгорели в драконьем пламени, чтобы это знамя можно было использовать. Если ты и правда весь из себя такой правильный, найди ему достойное применение и почти их память.

Я бросил ему остальные предметы. Отпечаток с благословением, что выпал из длани, плитку с куполом и руну с запечатанным отрядом. Не знаю, одноразовые они или нет, но я в любом случае ничего из этого использовать не могу.

Как есть нейтральные карты, что можно использовать с любыми камнями, так есть и узконаправленные колоды. Так, большинство высокоранговых отпечатков святой магии не может использоваться, если в длани имеются камни тьмы или смерти. А благословение было крутым, пятого ранга, с множеством разноплановых усилений.

Бомбу Белого Огня я все же выкинул в колодец.