Здесь же учили не так и немного не тому, что преподавали в моём мире. Девушка-ученица выпускного класса из школы с математическим уклоном скорее обучала нас, как правильно пользоваться встроенным в парту компом, чтобы выстроить алгоритм сложного уравнения с дробями, иксами и корнями, чтобы компьютер потом сам выдал правильное решение.

Не знаю, как там учат у нашей преподавательницы в её специальной школе, но нас, в обыкновенной, похоже, вовсе не собирались напрягать глубоким изучением того, что в жизни, скорее всего, никогда и не пригодится. Здесь главное было скорее не кровь износу правильно решить очередное уравнение, а запомнить, что вообще нужно делать, столкнувшись вот конкретно с чем-то подобным. Что, вообще-то, было неправильно, но вполне понятно…

Дело в том, что, просто надев на ухо любой, даже слабый личный терминал, можно было посмотреть на страницу учебника и дать команду решить приведённые уравнения. Для слабенького и ограниченного по местным меркам искусственного интеллекта мобильного устройства даже самые зубодробительные задачи подобного плана были делом плёвым, и если упражнение решаемо, то ты немедленно получишь ответ.

Так вот, в мире, где каждый утюг может вычислить за тебя, чему равен пресловутый искомый икс, важнейшей задачей для обывателя, вполне естественно, становится, во-первых, понимание того, для чего можно использовать какое-то конкретное зубодробительное уравнение, а также правильная последовательность действий для его решения. Кстати, тот момент, который у нас в родной школе на алгебре всегда упускали, вследствие чего сложные задачи были, по сути, для учеников этаким математическим ребусом, который нужно решить… потому как учитель сказал так — и никак иначе!

Хотя… это же первый у меня урок, и, может быть, я слишком строг к этому миру и дальше всё будет лучше. Просто… целое занятие, проведённое за терминалом парты в выстраивании алгоритмов для тех уравнений, которые я какое-то время назад решал чисто на бумажке, даже не пользуясь калькулятором, честно говоря, банально действовало на нервы.

Ну а география, которую вёл парень невысокого роста, по сути, сводилась к двум типам. Важная — касалась поднимающихся над океаном Альвы пиков гор, а также высокогорных плато и долин, которые сейчас являлись природными плодородными житницами для причаленных к ним Аграрных городов. Другая же часть, не совсем актуальная, сводилась ко всей остальной планете, над которой нынче жили люди. Что, по сути, было сродни изучению в школе карт Луны или дна Тихого Океана, что, с одной стороны, вроде и интересно, но с другой — не несло за собой особого смысла.

Ведь даже как ориентир какую-нибудь расположенную далеко внизу реку использовать не получится. Эта самая Альва всё же не воздух и не совсем прозрачна. Из Рингобуса мне этого не было видно, но если посмотреть с края платформы, то внизу уже где-то на двухстах метрах видна в основном сизая муть. Так что полноценная география планеты была, конечно, важна, но в первую очередь для тех, кто занимается добычей и подъёмом редких природных ресурсов, а также для искателей «Чёрных технологий», то есть того, что сохранилось от предков нынешних жителей Трестурии.

Поэтому я, в общем-то, только облегчённо вздохнул, когда прозвенел звонок, обозначивший завершение последнего урока. Оставалось только надеяться, что со временем я втянусь в учебный процесс, а не то ближайшие пять лет грозили превратиться для меня в натуральный ад на земле… ну, или в небе.

В любом случае не прошло и минуты, после того как смолкло противное, но такое желанное дребезжание звонка, когда личный терминал в кармане вдруг завибрировал. Как оказалось, пришло сообщение с работы. По распоряжению Департамента, мне предписывалось через полтора часа явиться на десятый армейский полигон… который, как оказалось, располагался на другом конце города, который, надо сказать, немаленький.