Объявили второй раунд.

    Царь бобриков выглядел хреново. Видно, все же переборщил сын Зевса с подзатыльником, здорово переборщил.

    Первый удар во втором раунде был за Гераклом, который благоразумно промахнулся. А вот царь бобриков не промахнулся, поступив самым что ни на есть подлым образом и использовав запрещенный в кулачном бою прием.

    -  Какого сатира? - раньше всех заметив нарушение правил, дико заголосил Тесей.

    Геракл же не сразу понял, что произошло.

    Широко расставив могучие ноги, сын Зевса ошарашенно озирался по сторонам площадки, потеряв из поля зрения своего карликового противника.

    «Сбежал он, что ли?» - разочарованно подумал Геракл и тут ощутил какое-то странное неудобство в паху.

    Это великого героя сильно обеспокоило.

    Сын Зевса осторожно зыркнул вниз на свою набедренную повязку и… наткнулся взглядом на лысую макушку противника.

    Коварный мерзавец яростно работал маленькими кулачками, вымешая всю скопившуюся в нем ярость на мужском достоинстве Геракла (нет, на этот раз не на бороде! - Авт.).

    -  Эй?!! - продолжал громогласно возмущаться недостойным поведением царя бобриков Тесей. - Это нечестно! Ты, недомерок, это тебе не боксерская груша!

    Сын Зевса грустно вздохнул.

    Их поединок с царем явно затянулся. Два раунда для этого цирка было вполне достаточно. Оглянувшись на свистящих аргонавтов, Геракл с сожалением развел руками, мол, ничего не поделаешь, братцы, пора это безобразие заканчивать.

    И, наклонившись, великий герой отпустил царю бобриков увесистую затрещину.

    Царь ойкнул и, улетев далеко за ограждение, рухнул в толпу расступившихся мрачных сограждан…

    В тот день отплыл корабль аргонавтов от берегов Вифинии с полным трюмом отличного душистого вина!

    Глава 6

    СИМПЛЕГАДСКИЕ СКАЛЫ

    Видно, посчитали всемогущие боги, что слишком мало выпало тяжелых испытаний на непутевые головы аргонавтов.

    Продолжали издеваться олимпийцы над героями. Непонятно только, по какой такой причине они над ними издевались.

    Но на самом деле в те давние времена многие события шли обычным своим чередом. Да, в это трудно поверить, но несчастья и неприятности могли сыпаться на смертных и без участия всемогущих. Так, в принципе, с аргонавтами и произошло. Xоть сами герои предпочитали в своих неудачах винить исключительно несправедливых олимпийцев.

    -  О мой отец! - отчаянно взревел Геракл, грозя кулаками бездонному небу. - За что ты ниспосылаешь нам очередные невзгоды?

    Любому другому герою за такой опрометчивый поступок всемогущие боги наверняка бы оторвали его пустую голову, но Геракл вполне мог себе позволить и более дерзкие слова и поступки. На то он и сын самого Зевса.

    Что же заставило великого героя гневаться на небеса и на их непостижимых обитателей?

    -  Да-a-a-aL - Подняв весла, аргонавты зачарованно смотрели на узкую щель, прорезанную в высоких скалах.

    Казалось, преодолеть внезапно возникшее на пути препятствие невозможно. И обогнуть тоже. Черные неприступные скалы тянулись в обе стороны, бесконечные, как песнь кифареда. Выход был всего лишь один (вернее, проход) - узкий пролив между скалами, в который едва мог втиснуться десятивесельный «Арго».

    -  Друг мой, - возмутился Ясон, гневно поворачиваясь к Гераклу, - суть твоих поступков остается для меня загадкой.