Кай со мной согласился, когда я предложил оставить лагерь на прежнем месте и не переезжать в деревню. Он сказал, что известные риски, вроде животных, лучше непонятной опасности, от которой могли бежать люди.

Нас было двадцать два человека, считая моих родителей. Но их, конечно, я на дежурство ставить не стал, несмотря на протесты отца. Поэтому вахту несли пятеро. Посты распределили вокруг лагеря, на самых уязвимых направлениях. Дежурили по два часа.

Моя смена шла третьей, в самый глухой ночной час, когда туман разошёлся рваными клочьями при свете ущербной луны, а потом и вовсе растаял в прозрачном воздухе.

Звёзды тут были очень яркими. Глядя на них, я вспоминал детство, как мечтал о чём-то невиданном. Даже не верилось, что я уже там побывал. Жаль, что на вахте ими нельзя любоваться вдоволь: всем, кроме Кая, в обязательном порядке нужно было использовать прибор ночного видения.

Когда я услышал шорох за спиной, то решил, что нам не удалось избежать визита местного зверья. Поэтому повернулся осторожно, без резких движений. И вздохнул с облегчением: это была Таис. Её пост находился рядом с моим — в каких-то двадцати метрах.

— Что случилось? — прошептал я, — заметила что?

— Нет, — Таис покачала головой, — просто мы с тобой впервые за долгое время наедине оказались…

Я растерянно промолчал, пытаясь угадать, о чём будет разговор.

— Гриша, скажи. Ты что-то узнал — там, среди звёзд, да? Что-то очень… важное? И неприятное?

— Почему ты так думаешь? — автоматически ответил я.

— Ты избегаешь меня. С тех пор, как вернулся. Даже на взгляд не отвечаешь, прячешь глаза… это как-то связано с моим прошлым?

Я помолчал, собираясь с мыслями. Если соврать — Таис точно почувствует фальшь, тогда о доверии можно забыть… это разрушит нашу небольшую сплочённую группу, обесценит всё, через что мы прошли вместе. Но что будет, если сказать правду? Как она отреагирует, если узнает про другую себя? Её судьбу? Сына?.. это невозможно предсказать.

В конце концов, я выбрал правду. Уже набрал в лёгкие воздух, чтобы начать рассказ, но тут меня отвлекло какое-то движение в лесу. Таис тоже повернулась в ту сторону. После чего расстегнула кобуру и достала пистолет.

— У нас гости, — едва слышно прошептала она, бесшумно двигаясь вперёд.

Я последовал за ней, в очередной раз досадуя, что возможности тюрвинга перемещения по-прежнему недоступны.

Среди деревьев двигались человеческие силуэты. И это движение было очень странным: в полный рост, медленными шагами. Диверсанты так себя не ведут.

— Гриша, это не люди, — прошептала Таис мне на ухо, едва слышно, — переключи на тепловизор.

Я поднял ладонь и переставил тумблер на приборе ночного видения. Лес окрасился разными оттенками синего. Сначала никаких человеческих силуэтов я не разглядел. И только по мельтешению холодных теней и шевелению веток, на секунду нырнув в режим понял: они всё ещё здесь.

— Что это такое? — так же шёпотом спросил я.

— Не знаю, — ответила Таис, — но они идут мимо лагеря. Посмотри. Нас они словно бы не заметили.

Я вернулся в режим. Мне удалось восстановить траекторию движения этого странного человекообразного отряда холодных теней. Они шли со скоростью около трёх километров в час, строго параллельно друг другу, лишь изредка огибая непреодолимые препятствия, постепенно удаляясь от лагеря.

— Будем будить наших? — спросила Таис.

— Не стоит пока, — ответил я, — лишнее движение может привлечь их внимание. Давай проследим за отходом.

— Может, подойти ближе? Хоть поймём, что это… — предложила Таис.