С большой неохотой я отвлеклась от безобидных домашних дел, чтобы начать новый разговор с Черной Книгой. Старик на кота не обратил никакого внимания. Впрочем, он и Виталия Петровича большей частью игнорировал.

  - Мне можно поговорить с другими? - наконец я отважилась задать этот вопрос Книге. Ведь раньше даже не пыталась связаться с остальными демонами, с меня и Влада хватило.

  - С кем? - спросил старик. Он по-прежнему стоял у окна и смотрел на улицу с таким видом, что было неясно: ему нравится любоваться панорамой или прикидывать, как тут все обустроить по-новому.

  - С другими... с принцепсами, со всеми, кроме Влада. Лучше с теми, кто его знает.

  - Можно, - ответил старик. - Назови имя того, с кем хочешь поговорить, и я обращусь к нему.

  - А без имени никак?

  - Нет. Нужно настоящее имя или любое другое, которым назовет себя демон.

  Новости были неприятными. Но я не спешила прощаться со своей идеей, хотя уже догадалась, что с Владом общались многие, потому что лишь его имя и знали. Получается, Влад мог говорить с кем угодно, а другие - только с ним!

  - А нельзя ли мне тогда обратиться ко всем сразу? - я сделала еще одну попытку.

  - Нужны имена, - ответил старик.

  Я задумчиво посмотрела на недоеденный сыр. Прощай, завтрак! Прощай, спокойная жизнь! Впрочем, со спокойной жизнью я уже попрощалась несколько дней назад.

  За все время разговора мой собеседник так и не взглянул на меня. Мне стало интересно, на что же он смотрит за окном. Стул с легким скрежетом отодвинулся, я встала из-за стола и подошла к старику, заглядывая через его спину.

  Там была сонная улица с редкими машинами и единичными ранними прохожими. Сейчас по дорожке шла только бабушка с мальчиком лет пяти. Они о чем-то говорили, не обращали внимания на дом с красной крышей и не догадывались о том, кто смотрит на них через кухонное окно.

  Глава 11. Андрей: 'После роддома - в пентхаус'

  У Зорро снова полная свита. Только частично липовая. К девушке приставлены два профессиональных соглядатая из спецслужб. Конечно, можно было бы внедрить Хранителей, но Влад многих знает в лицо - большой риск.

  Я сижу в небольшой квартире, утопая в мягком коричневом диване. На стене тикают деревянные старинные часы с большим маятником. Мой агент опаздывает.

  Наконец в подъезде раздаются торопливые шаги, а потом слышу два быстрых звонка в дверь. Поднимаюсь и впускаю Зорро.

  Наша блондинка выглядит не очень. Если бы синеву с нижних век переложить на верхние, то получился бы неплохой макияж. Однако прическа хорошая, пышная, уши скрывает просто отлично.

  - Я торопилась изо всех сил, - Зорро пытается извиняться, пытливо глядя на меня, как белый ребенок смотрит на австралийца-людоеда, - но твои люди заставили покружить.

  - Что нового? - спрашиваю. Я - добрый людоед.

  Зорро проходит в зал, швыряет дорогущую красную куртку прямо на пол и заявляет:

  - Влад хочет меня убить!

  - Ты не получила мое предупреждение? - возвращаюсь на диван, но теперь вместо часов вижу грудь блондинки, которая просвечивается через белый прозрачный пуловер.

  - Получила, но поздно! Уже после встречи с Владом, - Зорро садится рядом и доверчиво прижимается ко мне. Доверчивость строго отмерена - видно, что девушка училась мастерству у театральных корифеев.

  - Почему же он тебя не убил? - вот что мне интересно.

  - Еще рано, наверное. Но он уже собирается. Я чувствую!

  Она чувствует! Ну, конечно... у таких дамочек интуиция работает как кочегар на перегруженном паровозе. Когда признаешься в любви десяткам мужчин, а потом кидаешь их, то волей-неволей начинаешь чувствовать момент, если кто-то собирается кинуть тебя.