Арабелла была полностью с ней согласна:

— О да, если вам так угодно, мэм! Я думаю, нам так и надо все устроить, ведь я просто не представляю, как вести себя в подобных ситуациях, хотя я и постараюсь сделать все, что в моих силах, чтобы всему научиться!

— Именно так! — просияла ее светлость. — Ты здравомыслящая девушка, Арабелла, и я очень надеюсь прилично тебя устроить, как я и обещала твоей маме!

Она увидела, что щеки Арабеллы вспыхнули, и добавила:

— Ты ведь не будешь возражать, если я поговорю с тобой откровенно, любовь моя, так как, я полагаю, ты понимаешь, насколько важно для тебя быть хорошо пристроенной! Восемь детей! Я не знаю, как твоя мать умудрится найти хороших мужей твоим сестрам! А мальчишки, которые тоже требуют огромных затрат! Я уверена, что не хотела бы даже и думать о том, чтобы полностью содержать моего дорогого Фредерика!

Выражение лица Арабеллы стало серьезным, когда она вспомнила о многочисленных расходах на ее братьев и сестер. Она честно призналась:

— В самом деле, мэм, все, что вы говорите, совершенно правильно, и я собираюсь сделать все возможное, чтобы не разочаровать маму!

Леди Бридлингтон слегка наклонилась, чтобы приобнять Арабеллу маленькой пухленькой ручкой, и нежно сказала ей:

— Знаю, что ты чувствуешь все очень правильно! И именно поэтому я и хочу поговорить с тобой!

Она снова устроилась в кресле, теребя край своей шали, и затем, не глядя на Арабеллу, произнесла:

— Знаешь, любовь моя, все зависит от первого впечатления — по крайней мере, почти все! В обществе, где все пытаются найти достойных мужей своим дочерям, и где есть столько прекрасных девушек, из которых джентльмены имеют возможность выбрать жену, чрезвычайно важно, чтобы ты вела себя должным образом и говорила именно то, что надо. Именно поэтому я намереваюсь начать вывозить тебя в свет без лишней помпы и не ранее, как ты начнешь себя чувствовать в Лондоне, как дома. Иначе, ты должна знать, моя дорогая, на тебя польстятся только деревенские парни. Я не знаю, почему, но, можешь мне поверить, невинные деревенские девушки не пользуются успехом у джентльменов.

Арабелла была очень удивлена, так как книги учили ее совершенно другому. Она даже решилась сказать об этом леди Бридлингтон, но та покачала головой:

— Нет, любовь моя, все совершенно по-другому! Все это очень хорошо в романах, я их очень люблю, но они так далеки от жизни! Но я тебе хотела сказать совсем не это!

Она снова начала теребить край шали и весьма красноречиво произнесла:

— Если бы я была на твоем месте, моя дорогая, я бы никогда и не упоминала о Хайтреме и доме викария! Ты должна помнить о том, что нет ничего скучнее, чем выслушивать рассказы о людях, которых ты никогда не видел. И хотя, конечно же, ты совершенно не умеешь лгать, нет никакой необходимости рассказывать всем и каждому о бедственном положении твоего папочки! Я ничего никому не говорила о том, что он находится в стесненных обстоятельствах, и, я уверяю тебя, Арабелла, не может быть ничего более фатального для тебя, если станет известно о том, что твое приданое крайне незначительно!

Арабелла уже почти собралась с возмущением ответить леди Бридлингтон, когда внезапно вспомнила свое собственное поведение в доме мистера Бьюмариса. Слегка наклонив голову, она сидела в молчании, раздумывая, следует ли ей поведать леди Бридлингтон об этом прискорбном событии или же об этом лучше даже не упоминать.

Леди Бридлингтон, неправильно поняв причину ее явного смущения, поспешно сказала:

— Если тебе, дорогая Арабелла, повезет обратить на себя внимание какого-либо джентльмена, конечно же, ты ему все расскажешь.