— Иегуди мертв, — сказал я ему. — Он застрелился. Твоя штучка теперь бесполезна, поэтому я сам приготовлю кофе.

Я поставил кофейник на плитку.

— Чарли, а если предположить, что все это было делом рук Иегуди? Откуда ты знал, ограничены его возможности или безграничны? Может, он сумел бы привести сюда Лили…

— Заткнись, — оборвал меня Чарли. — Я пытаюсь понять.

Я заткнулся и не стал мешать его попыткам понять.

К тому времени, когда я сварил кофе, я отлично понимал, к чему привели наши глупые разговоры.

Я разлил кофе по чашкам и одну из них поставил перед Чарли. Он успел раскрыть черную коробочку и сосредоточенно изучал ее внутренности. Я увидел миниатюрный маятниковый выключатель и массу тонких проводочков.

— Не понимаю, — растерянно пробормотал Чарли. — Ничего не сломано. Ни один провод не оборвался.

— Может, батарейка села? — подсказал я.

Я достал свой фонарик и вывернул оттуда лампочку. Когда Чарли подсоединил ее к батарейке, лампочка ярко вспыхнула.

— Попробуем рассуждать с самого начала, — предложил я. — Твое устройство работало. С его помощью мы получили джин, содовую и прочее. С его помощью в наших бокалах оказались смешанные коктейли. А дальше…

— Я как раз об этом и думаю, — перебил меня Чарли. — Когда ты сказал: «Не стоять мне на ногах» и наклонился за бокалом… помнишь, чем это кончилось?

— Я помню, что меня буквально сбило с ног воздушной струей. Я был не настолько пьян, чтобы упасть самому. Может, вся разница в местоимениях? Тогда я сказал: «Не стоять мне на ногах». А последний приказ звучал по-другому: «Сам и стреляйся». Иными словами: застрели себя. Если бы я сказал: «Застрели меня»…

Я не договорил. По спине у меня поползли мурашки.

Вид у Чарли был совсем очумелый.

— Но ведь я все разрабатывал на научной основе, — сказал он мне. — Хенк, это был не просто несчастный случай. Я не мог допустить ошибку. Твои рассуждения насчет Иегуди… Это же сплошная чушь!

Я вспомнил его объяснения, но попытался взглянуть на них под иным углом зрения.

— Допустим, твое устройство создавало поле, и оно воздействовало на мозг. Но давай на минуту представим, что ты неправильно понял природу этого поля. А вдруг поле позволяло тебе проецировать мысли? Ты думал о Иегуди. Ты не мог о нем не думать, поскольку назвал свою теорию — пусть в шутку — принципом Иегуди. И потому Иегуди…

— Но это же полнейшая глупость, — сказал Чарли.

— Придумай объяснение получше.

Он встал и пошел за новой порцией кофе. Я тоже пошел, но к письменному столу. Я взял напечатанные листы, рассортировал их и разложил по порядку. После этого я принялся читать рассказ.

— Ну и как рассказ? — послышался из другого конца комнаты голос Чарли.

Услышав в ответ мое невразумительное бормотание, он подбежал ко мне и стал читать, заглядывая через плечо. Я подал ему первую страницу. Рассказ назывался «Принцип Иегуди». А начинался он так:

«Я постепенно схожу с ума.

И Чарли Свэн тоже постепенно сходит с ума. Возможно, его сносит с катушек даже сильнее, чем меня, поскольку это он все затеял. Я имею в виду сварганенную им странную штуковину. Чарли думал, будто хорошо знает, что это такое и как оно действует…»

Я прочитывал очередную страницу и передавал ее Чарли. Да, мы читали этот рассказ. Тот самый, что вы читаете сейчас, включая и ту его часть, о которой я в данный момент веду речь. И все это было написано заранее.