Алина всё это время простояла возле машины, зябко переминаясь с ноги на ногу у капота, грея руки над мотором и ожидая моего возвращения. Я улыбнулся её во все тридцать два, высоко поднял вверх руку над головой и демонстративно позвенел ключами — Нашёл! Ну что, идем в дом? И, не дожидаясь ответа, сделал Шаг к ней.

И вот я уже у машины. Подхватываю Алину на руки, она не успевает даже моргнуть глазами, как я делаю Шаг и переношу нас под навес на деревянное крыльцо.

Небольшое крылечко, заборчик, за ним разместились два плетёных кресла из ротанга и столик. Повернул голову в сторону входной двери и слегка удивился. Я раньше такое только в фильмах и видел. Нас встретили огромные окна в пол и стеклянная дверь, и всё это богатство с зеркальным напылением. А удивился я, увидев наше с Алиной отражение в зеркале.

Суровый, битый жизнью мужик, что не могло не отразиться на его лице и глубоко во взгляде карих глаз. Одетый в куртку с кучей карманов, держит на руках молодую кучерявую блондинку, словно лучик солнца, она весело дрыгает ногами и кайфует, ловя момент в его руках.

— Ух ты! — воскликнула Алинка и ещё сильней задёргала ногами, прося побыстрее опустить её на землю. Вот и встретились девушка и большое зеркало. Опустил её на землю рядом с собой, и пока Алинка начала приводить в порядок свою растрёпанную причёску, я достал ключ, вставил его в замочную скважину и без затей открыл дверь. — Ну что, добро пожаловать! — я распахнул настеж дверь и призывно махнул Алине, приглашая её войти в дом.

— Как здесь мило, — воскликнула подруга, — я никогда раньше не бывала в таких домах, — и вошла первой. Следом за ней зашёл и я. Алина уже скинула с ног свои ботинки, вскрыла упаковку с одноразовыми тапочками, обулась в них и рванула исследовать комнаты.

Внутри дом был похож на большой деревянный скворечник. Длинная комната, стены до самого потолка. В начале дома небольшая зона открытой гостиной. Опенспейс, как модно сейчас говорить. Высота потолков уходит в самый верх, даже деревянные балки видны. В крышу для дополнительного естественного освещения вмонтированы окна. Они сейчас были частично присыпаны снежной взвесью.

В этой комнате, назовем её гостиной, стоял диван, телевизор, кресла, на стенах висели стилизованные картины с изображением альпийских лугов, в дальнем углу с левой стороны — небольшой обеденный стол с четырьмя стульями, а сразу за ним расположилась в нише кухня.

Левей кухонной зоны находился проход вглубь дома, где и прятался вход на второй этаж. Лестница на который шла полукругом от левой стены, огибая зону, облицованную натуральным камнем, где стояла печь — камин, а из него прямо вверх до самого потолка шла блестящая хромированная труба.

Получалось, что часть внутренних комнат была скрыта от глаз во второй, двухъярусной части дома.

В доме было прохладно, температура чуть больше десяти градусов. Не может же быть тут лишь дровяное отопление. Я осмотрелся по сторонам. Первым увидел накладной выключатель, к которому спускался провод в тканевой оплетке, а рядом с ним расположился вмонтированный в стену планшет.

— Нашёл! — я подошёл к стене, и клацнул выключателем. По центру комнаты на люстре, сделанной из колеса какой-то древней телеги, где они его только нашли, загорелся десяток светодиодных лампочек-свечей. Стильно. — Электричество есть, живём! — сказал подруге и подошёл к планшету.

— Я пока тут осмотрюсь, — сказала Алина, кинула куртку на диван, оставшись в свитере, и рванула в сторону второго этажа. Хорошее дело, а я пока с отоплением разберусь.

Прикоснулся пальцами к экрану, и он отозвался на прикосновение, засветился и вышел из спящего режима.

На экране появились три значка: вентилятор, температура и снежинка.