- Конечно. Демоны все еще летают вокруг, но большая часть их подчиняется архимагу Громфу.

Он закрыл глаза и поднял руки, псионически приглашая Киммуриэля подойти ближе.

И благородный сын Дома Облодра последовал приказу, телепатически передавая свой урок в сознание Громфа Бэнра.

Попутно, он телепатически же поместил туда небольшие части заклинания, полученного в Абиссе, располагая его чуть дальше в мыслях Громфа. Там, где архимаг найдет их, когда снова совершит вызов. И поверит, что это было откровение, новое, более глубокое понимание смеси псионики и тайной магии. Да, Киммуриэль мог чувствовать уверенность Громфа.

Архимаг был достаточно высокомерен, чтобы поверить в то, что открыл неизведанную территорию в слиянии этих двух сил, словно такие вопросы никогда не приходили в голову тысячам прекрасных псиоников, существовавших до него, или иллитидам, чей разум не требовал доказательств.

Когда короткое время урока истекло, Киммуриэль быстро откланялся, и Громф был готов его отпустить.

Громф также отправился прочь, направляясь сквозь паутину ворот Дома Бэнр в залу для аудиенций своей сестры, Матроны Матери Квентл Бэнр.

Квентл спокойно выслушала доклад о марше дворфов на Гаунтлгрим, её глаза и руки не выдавали нервозности. Армия, идущая на Дом Ксорларрин, возможно, бывшего её самым сильным союзником. Армия жалких дворфов с территорий, на которых она некогда спровоцировала войну. Армия, которая теперь решилась ударить по городу-побратиму Мензоберранзана, К’Ксорларрину. По городу, гарантировавшему Квентл торговый путь, соперничавший с Домом Ханзрин.

- Ты не можешь послать солдат нашего Дома, - закончил Громф. - Не в такое опасное время.

Матрона Мать Бэнр кивнула, соглашаясь.

- Может быть, Мать Мез’Баррис? - спросил архимаг. Он усмехнулся при мысли о солдатах Дома Баррисон Дель’Армго, сражающихся за Дом Ксорларрин, который являлся для них одним из самых ненавистных противников.

- Она может отказаться, и будет в праве сделать это, - ответила Квентл. - Если я потребую такое от Матроны Матери Мез’Баррис, даже союзные дома станут опасаться, что станут следующими. И ни один Дом добровольно не расстанется со своими солдатами в таком хаосе.

- Ты пошлешь До’Урденов? - поинтересовался Громф. - Ты, разумеется, полностью контролируешь этот Дом. Среди его членов — двое детей самой Матроны Матери Зирит.

- Гарнизон Дома До’Урден состоит из большого числа солдат из разных Домов — благородных Домов, которые будут расстроены потерями, - ответила матрона мать, снова покачав головой. - Не хотела бы я рисковать правом голоса Матроны Матери Дартиир в совете.

Эльфийка отказалась от всех предложений Громфа, тем не менее, улыбаясь. Она точно знала что-то еще, и архимаг снова напомнил себе об улучшенных способностях своей сестры. Подумав о своей дочери, благословленной знаниями и воспоминаниями Ивоннель, как и Квентл, он испытал привкус сожаления от того, что вообще повел Метила к сестре.

- У тебя не так много вариантов, - заметил он.

- Я — матрона мать, голос Ллос в Мензоберранзане, глупый мужчина, - ответила Квентл. - У меня достаточно вариантов.

- Матрона Мать Зирит не выстоит против короля Бренора и его армий, - напомнил Громф. Он нарочно упомянул имя этого проклятого дворфа, который расколол голову их матери своим боевым топором более века назад. Кроме того, он хотел сообщить о своей убежденности в том, что Дзирт До’Урден тоже будет там, рядом с Бренором. А Квентл хорошо знала этого бродягу. Когда-то он убил её.

Но Громф решил не втыкать нож так глубоко.

- Там слишком много дворфов, и, судя по всему, они пришли отлично снаряженные. Потребуется много сил Мензоберранзана, чтобы повернуть их назад.

- Мензоберранзан не может позволить себе выступить в эти времена.

- Если К’Ксорларрин падет…

- Он не падет, - с кривой ухмылкой сказала матрона мать.