Глава 9

Истончение Фаэрзресс.

Молния вспыхнула несколько раз. В прерывистом свете вырисовывались очертания огромной пещеры, вмещавшей Мензоберранзан. Разряды били снова и снова, проносясь по улицам и бульварам, поджаривая ротов, которые пытались унести ноги, и заставляя темных эльфов в отчаянии отпрыгивать в стороны.

В верхней части пещеры другие магические снаряды, белые, красные, зеленые, отскакивали от внушительных оснований сталактитов, освещая цели — демонов или дроу.

- Впечатляюще, - саркастически сказал Киммуриэль, стоявший у окна резиденции Громфа в Сорцере. - Хаос воцарился в Мензоберранзане. Жрицы должно быть очень довольны, если, конечно, эта неразбериха не разрушила их личных амбиций.

- Порядок в хаосе, - поправил Громф. - Из-за безумия, творящегося за стенами, никто не сможет собраться, чтобы ударить по Матроне Матери Бэнр.

- И как долго она сможет удерживать хаос подальше от своих собственных дверей? - осмелился спросить псионик. Он отвернулся от зрелища за окном, переводя взгляд на Громфа из Дома Бэнр.

Казалось, архимаг совершенно не был расстроен этим предупреждением, и погружаясь глубже, погружаясь в мысли своего ученика, Киммуриэль понял, что внешнее спокойствие полностью отражает внутреннее состояние Громфа.

- Игры с демонами — всегда опасны, - пожал плечами архимаг.

- Могущественными демонами, - заметил Киммуриэль. - Бродя по городу, я нашел представителей каждого известного мне вида, исключая бейлоров. И их так много. Стая глабрезу? Или, быть может, их можно назвать стадом? Или душегубами, как больших черных воронов из надземного мира? Да, это название кажется мне наиболее правильным.

- Ладно, мы увидим, до чего это доведет, - ответил Громф. - В конце концов, для обычных мужчин все это не имеет значения. Госпожа Ллос выразила свою волю, выбрав для её исполнения Матрону Мать.

Киммуриэль заметил затаенную насмешку в его голосе, намекавшую на то, что произносимые им слова не были искренними. Псионик улыбнулся и кивнул, якобы соглашаясь с архимагом. На самом деле, усмешка Киммуриэля относилась скорее к его собственным планам. Он был рад видеть, что его предложения укоренились в душе Громфа. Архимаг верил, что контролирует ситуацию, что он нашел какое-то до сих пор не известное сочетание псионики и тайной магии, которое подарит ему превосходство даже над Квентл в этой игре с демонами.

Как и надеялся Киммуриэль, как и показывала ему мать.

В самых глубоких уголках своего дисциплинированного и организованного сознания, Киммуриэль задумался, как будет удивлен Громф, когда призовет Кь’орл Одран во всей её неконтролируемой ярости.

Киммуриэлю было, без сомнения, приятно представлять, как Кь’орл обрушит свою месть на Дом Бэнр. Он надеялся, что Кь’орл не станет уничтожать разум Громфа, застав его врасплох, что она, разумеется, сделает. Ибо он не мог дождаться своего погружения в поток неотфильтрованных мыслей архимага, когда тот осознает свою глупую гордыню и разорение, которое навлек на свой собственный дом.

- Не стоит ли нам начать? - больше приказал, чем спросил Громф. - Сегодня мне нужно многое сделать.

Он двинулся к Киммуриэлю, но псионик поднял руку, заставляя архимага остановиться.

- Я принес новости от Бреган Д’Эрт и Джарлаксла, - объяснил Киммуриэль в ответ на удивленное выражение Громфа. - Огромная армия дворфов вошла в туннели над К’Ксорларрином. Они намереваются восстановить древнюю родину, которую называют Гаунтлгрим.