— Я должен выжить, — озвучиваю очевидное. — Выстоять, пока вы готовите печати.

— Именно, — кивнул Планировщик. — Но в тебе сейчас нет божественной крови. И выстроено всего восемь астральных оболочек. Даже с десятью твои шансы ничтожны, но в нынешнем положении… Даже браться не стоит.

— Отправьте Лориана, — пожимаю плечами. — Он гораздо сильнее меня.

— Здесь ты ошибаешься, Гримаун. Торн, вне всяких сомнений, лучший маг Эфирной Академии. Но он выбрал путь познания, а ты ступил на боевую тропу. И с грядущей миссией лучше тебя никто не справится.

— Противоречие не усматриваете?

Хмыкнув, Планировщик начал объяснять:

— Если бы Первородные рассчитывали на генетику, никто из нас не обрёл бы ту степень свободы, к которой стремился. Развитие ауры и прочих ментальных аспектов на протяжении сотен тысяч лет — вот ключ к истинному могуществу.

— А почему вы сражаетесь с Предтечами?

Планировщик на секунду замялся.

— Здесь нет простого ответа, человек. Мы давно переросли конкуренцию за ресурсы и сферы влияния, если ты об этом. Во вселенной хватит места для всех, но… Там, куда приходят Древние, насаждаются их правила. Я говорю о фундаментальных вещах. Известно ли тебе, что Бескрайнюю Пустошь они создали для удобства перемещения своих кораблей? При этом в ткани этого подпространства возникли прорехи, которые вы именуете Разломами. Появились искажения, затронувшие подконтрольные нашей расе миры. И это нас не устроило. Мы думаем, что Пустошь и протоматерия, открытые Предтечами, в какой-то степени изменили Живой Хаос. Модернизировали, сделали сильнее. Мы полагаем, со временем будут накапливаться и другие побочные эффекты.

— Причём здесь протоматерия?

— Вижу, не понимаешь. В памяти машины, которая доставила тебя в наш мир, есть всё необходимое. Это прощальный подарок наших врагов. Путь к постижению Хаоса.

— Бродяга? — ошалело переспросил я.

— Мы видим насквозь это устройство. И то, что находится внутри. И то, чем он является. У Хаоса и Бродяги тоже есть нечто общее.

— Протоматерия, — догадался я.

— Машина состоит из неё, — кивнул собеседник. — Но Хаос гораздо хуже. Эта сущность научилась манипулировать протоматерией, преобразовывать её, раскрывать новые свойства.

— А что с Порождениями? — не удержался я.

— Можешь считать побочным эффектом, — пожал плечами бог. — Но Хаос, как я подозреваю, видит в этих тварях живые инструменты. Ты привык мыслить категориями добра и зла, это нормально для человека. Но Хаос вообще не мыслит в привычном для всех нас понимании. Точнее, никто из нас не в состоянии понять, чего добивается этот зверь и зачем расширяет энтропию.

— Инструменты, — задумчиво повторил я.

Перед глазами вновь выплыли давно забытые воспоминания. Схватка с Легендарной Тварью, смерть, шаг за Последний Порог, встреча с Великим Чертёжником…

— В некотором смысле тебе повезло, — сказал Планировщик. — Мойрам досталась технология Предтеч, которую сами они посчитали опасной и запретили. Игрушка в неумелых руках… Впрочем, Кормчие ухитрились совладать с этой силой, обуздать вероятности и выстроить вполне стабильное, даже благополучное общество. Но любому застою приходит конец. А вообще… именно Кормчие сыграют ключевую роль, создав ловушку для общего врага. Ирония судьбы.

— Ты сказал, что мне не хватает оболочек, — вспомнил я. — А какие есть варианты? Мне надо ускориться.

Бог посмотрел на меня…

Как-то странно посмотрел.

— Гримаун, ты привык думать, что интенсивность наращивания оболочек и твоё усиление зависят от количества убитых монстров.