— Ты ничего от меня не услышишь, гайдзин.

— Понятно, — я перешёл на японский. — Сейчас тебе будет плохо. Гораздо хуже, чем ты думаешь. И нет, ты не успеешь телепортироваться.

Увидев, что взгляд прыгуна концентрируется в одной точке, я снова пустил разряд по его ноге. Затем ударил оглушающей техникой.

Блин.

Придётся работать по всем правилам.

Снимаю с пояса подавляющие магию браслеты, наклоняюсь и защёлкиваю на запястьях японца. Хватаю костлявого дохляка за шиворот, тащу в дальний угол и усаживаю, словно куль с песком, на деревянный стул. Мне бы ещё скотч или верёвку…

— На кухне, — раздаётся спокойный голос за моим плечом. — Под мойкой, где мусорное ведро.

Оборачиваюсь.

Никон сидит на кровати, оценивает обстановку. К чести морфиста, замечу, что ни паники, ни растерянности в его поведении не было.

— Под мойкой? — всё же решил уточнить я.

— Тебе потребуется скотч. Он там, под мойкой.

Я бросил взгляд на потерявшего сознание шиноби.

— Присмотрю, — махнул рукой Никон. И ловким движением извлёк из-под кровати «аллигатор». С уже навинченным глушителем. Значит, позаботился заранее и закрепил кобуру в удобном положении.

Пока я спускался на первый этаж и искал кухню, в голове сложился план действий. Гостиницу вычислили. Надо раздобыть транспорт, впихнуть туда шиноби и как можно быстрее покинуть этот район. Допрос можно устроить позже.

Вернувшись в комнату, я принялся методично прикручивать убийцу к стулу. Ноги — к ножкам. Туловище — к спинке. Если упырь шевелился, тут же получал микроразряд из пальца.

— Жалко Ибрахима, — сказал Никон, закрепляя кобуру под мышкой. — Прыгуны?

— Они самые.

Мы разговаривали по-русски.

— А ты — брат Ростислав.

— Так точно.

Морфист выпрямился, расправил плечи. Теперь я мог рассмотреть его получше. Пожилой дядька, лет шестидесяти, но крепкий, сухопарый. Движения экономные, так что он и боец хороший. Только в глазах отражается усталость.

— Под этим зданием есть гараж со «Слезой», — нарушает затянувшееся молчание Никон. — Лучше убраться сейчас, пока не прилетело что-нибудь.

Я сразу понял, что он имеет в виду.

Отступники начали активно использовать ракетные системы.

— Прикроешь, — говорю я.

И накачиваю мышцы силой.

Чтобы спустить привязанного убийцу вниз, обычный человек протащил бы его по полу на ножках стула или нашёл бы помощника. Я спокойно, как пушинку, поднял шиноби и вынес на руках через открытую дверь. Не напрягаясь, сошёл по ступенькам на первый этаж, поставил на пол. В глазах Никона мелькнуло восхищение.

— Куда теперь?

Морфист пересёк холл, протянул руку за стойку и нажал что-то неприметное. Я уже с подобными фокусами сталкивался, и меня не удивило, что квадратный участок пола начал медленно, с тихим гудением сервоприводов, опускаться под землю.

Никон легко спрыгнул в провал.

Когда платформа остановилась, я увидел полукруг шахты. Вспыхнули автоматические светильники, выхватывая из темноты закруглённые очертания машины-капли.

Очуметь.

Я и представить себе не мог, что даже в провинциальном Танжере инквизиторы проложили маршрут для «Слезы».

— Пакуем, — сказал Никон.

И мы потащили безвольно обвисшего японца к машине.

Глава 12

Лоян, провинция Хэнань, Небесный Край

Администрация таможенной зоны

Начальник Зоны Перехода мрачно смотрел на визитёра, постукивая ручкой по столешнице. Происходящее не просто ему не нравилось, оно выходило за рамки добра и зла.

Визитёр носил чёрную сутану и был высокопоставленным представителем Супремы.