Отлично!

Я вновь применил к мечу заклинание, подавляющее циркуляцию эфира, метнулся к ближайшей лапе монстра, смахивающей на башню-небоскрёб, и вогнал лезвие в хитиновый покров. Клинок пробил щит, и я тут же напитал его огнём по самое не балуйся. Напитал так, чтобы столб пламени вырвался из острия, выжигая всё на своём пути.

Опорная лапа моментально покраснела и начала обугливаться.

Хитин и живая плоть осыпались пеплом.

Тварь взвыла — звук, похожий на скрежет разрываемого металла, ударил по барабанным перепонкам. Я едва устоял на ногах, но клинок не выпустил.

Зверь рухнул на колено, потеряв опору.

И тут же начал переставлять лапы, компенсируя потерю.

Хорошо. Теперь главное — не дать ей восстановиться.

Я отпрыгнул назад, оценивая ситуацию. Генерационные линии снова начали слабо пульсировать — монстр пытался перезапустить систему. Но ледяная корка и выжженная конечность делали своё дело: движения стали медленнее, реакция — заторможенной.

Впрочем, хищник имел в запасе ещё пять лап, так что он перераспределил вес и опять начал выстраивать щит.

Вжух тем временем разорвал очередного птерха пополам и, заметив мою паузу, просигналил:

— Эй, Рост! Ты там как?

— Живой! — крикнул я, отряхиваясь. — Но эта тварь ещё не сдаётся.

— А ты её добей, — рявкнул котоморф, уворачиваясь от молниеносного удара крылатого хищника. — А то мне тут тоже нелегко!

Разумеется, весь диалог мы дублировали на ментальном плане.

Я усмехнулся и снова ринулся в бой.

Порождение Хаоса уже оклемалось. Его голова развернулась в мою сторону. Я почувствовал, как воздух зарядился статикой.

Опять хочет бить молнией?

Но я был готов.

В последний момент я активировал щит, усиленный заземлением. Молния ударила — ослепительная вспышка, грохот, запах озона. Щит дрогнул, но выдержал, рассеяв разряд в землю.

А я уже бежал вперёд.

Следующий удар меча пришёлся по второй лапе. Лезвие, всё ещё раскалённое докрасна, вонзилось в хитин, и я снова выпустил пламя. На этот раз — сконцентрированное, как у резака.

Лапа начала краснеть, чернеть и рассыпаться. Я водил клинком из стороны в сторону, напитывая стихию эфиром. Каналы едва справлялись с перегрузкой, но держали.

Плоть Ходульщика, как я его окрестил, расползалась, горела и рассыпалась в прах.

Тварь закачалась.

Четыре лапы уменьшили манёвренность Порождения, но почти не снизили боевую мощь. С небес обрушился ещё один отросток, который я отбил расширяющимся щитом. И тут же отправил вдогонку разрывной огненный концентрат. Багровый шар вспыхнул на высоте десятиэтажного дома, озарил окрестности нестерпимым светом и обдал меня жаром.

Щупальце монстра оторвалось начисто.

Обожжённый обрубок повис безвольной плетью.

Тварь попыталась затоптать надоедливую букашку одной из оставшихся лап, но ускорение делало меня запредельно быстрым. Выскользнув из зоны поражения, я метнулся вправо и швырнул за спину «мясорубку». Расширил, углубил и влил побольше эфира… Ну, или ки, если вам так больше нравится.

Сместился по диагонали.

Обернулся.

Мясорубка затянула в себя ещё одну лапу твари, но я заметил, что ходульная конечность окутана силовым щитом. Гадство! Да что ж за зверюга неубиваемая? У меня такое чувство, что сражение идёт не с живым существом, а с бродячей электростанцией.

Пока монстр дёргал увязшую в земле лапу и перебрасывал вниз накопившуюся энергию, я начитал комбинацию из трёх заклинаний. Концентрат, шипы, эфирное подавление.

Активировал.

И сразу же раздался душераздирающий скрежет, дополненный хрустом и чавканьем.