|
Все билеты на поезда, самолёты и автобусы уже раскуплены. Пробки на выезде из города продолжают расти. На улицах начинаются волнения. Президент страны объявил чрезвычайное положение. Правительство призывает граждан сохранять спокойствие и не поддаваться панике…
Анимесов выхватил пульт у начальника охраны, который тот продолжал держать в руке. Он выключил телевизор и гневно посмотрел на мужчину.
— Слава, это всё ваша недоработка, — чуть ли не прошипел отец. — Если бы эту штуку не спёрли… А теперь нас с потрохами съедят и не подавятся.
— Простите, Владимир Владимирович, — понурив голову, виновато произнёс начальник охраны. — Я понимаю…
— Понимает он… — зло выдал Анимесов, сверля недобрым взглядом Святослава. — Тебе хорошо, ты всего лишь без работы останешься, а нас с сыном за спасение Земли от нашествия инопланетян из-за ротозейства твоей службы пустят на удобрения.
— Папа, ни к чему нам эти разборки, на них нет времени. Святослав Валерьевич, в кабинете отца стоит большой деревянный сундук. Распорядитесь загрузить сундук в микроавтобус, а также пусть установят на крышу Фольксвагена багажник, на который необходимо загрузить и закрепить летающую тарелку. Всё должно быть сделано ещё вчера, вам понятно?
— Так точно, Андрей Александрович, — по-военному чётко ответил начальник СБ. — Владимир Владимирович, какие будут указания?
— Поднимай под ружьё спецгруппу, — отдал приказание Анимесов. — Они должны быть тут в кратчайшие сроки.
Мужчина резко сорвался с места, дабы начать выполнять указания. Мы с отцом проводили оного взглядом.
— Он слишком много знает, — тяжело произнёс Анимесов. — Слуги тоже много знают…
— Слуги многого не знают, а то, что знают, несущественно. А вот Святослава Валерьевича надо… Хм… У меня осталось зелье Стирания памяти.
— Вот как, — протянул Анимесов. — Это выход.
— Ладно, мне тоже надо кое-что собрать.
— Да, я тоже займусь делом, — произнёс Анимесов. — Переведу часть активов на имя твоих приёмных родителей.
— Кстати, они…
— Я вчера с ними общался, после чего они отправились в твоё Испанское поместье, — пояснил Анимесов.
Я рванул за философскими камнями. Затем выгреб из лаборатории все зелья и самое лучшее оборудование, например, ювелирный гравёр, ректификационную колонну, ноутбук из мира 2012 и всё, что влезло в фургон. Также я снял жёсткие диски с рабочей станции, поскольку сам компьютер довольно большой, а места в машине мало.
Пока я собирался, Анимесов в срочном порядке отдавал распоряжения по переводу активов на имя моих приёмных родителей. Было понятно, что в этом мире после случившегося нам под своими именами и личинами бесполезно пытаться закрепиться, а оставлять миллиарды, которые будут раздербанены чиновниками, как это было с Хорадковским, совершенно не хотелось. В то же самое время мои приёмные родители совершенно непричастны к случившемуся, так что подкопаться к ним невозможно.
Гулзина руководила процессом. Я обратил внимание, что над рисунком печати соорудили ещё несколько мостков для ускорения процесса. Внутрь заводили сразу по несколько коров или быков, резали их, затем тут же через другие мостки выносили туши. В итоге процесс, который изначально мог растянуться на сутки, был оптимизирован почти до конвейера, сократив время жертвоприношения примерно в три раза.
Летающую тарелку всё же умудрились установить на багажник Фольксвагена, закреплённый на крыше. Так что когда я принёс Оракул с батареей и переходником подключения к компьютеру, для их установки пришлось распутывать крепёжные верёвки, снимать крышу ЛО, устанавливать всё на место. |