Потому что к концу года началось.

Здесь попадались корыта и постарше. Правда, в отличие от него все они уже стояли на вечном приколе. Давным-давно. Корпорация, что владела здесь ВСЕМ в радиусе трехсот миль, могла себе позволить НЕ использовать колымаги. Хотя на переплавку ни единое из антикварных суден владельцы почему-то не отправляли.

Десятки, если не сотни раритетов имперской эпохи выглядели бравенько. Вполне исправные, грамотно законсервированные. Они выстроились аккуратными рядами на северной кромке поля и с виду хоть сейчас готовы были принять экипажи.

Характерно, что этот своеобразный музей под открытым небом явно пользовался бешеной популярностью у туристов. Аляповато размалеванные экскурсионные анг-автобусы так и сновали вокруг них и между ними. Будто не в пределах территории космопорта передвигаясь, а по аллеям парка развлечений.

Здешнее взлетно-посадочное поле вообще мало напоминало исхлестанную огневыми смерчами и струями пламени, перепаханную извилистыми шрамами, изрытую глубокими яминами «пересеченную» местность – какими обычно и бывают старые порты. Обширное пространство, покрытое добротным бетопластом марки 1000, расстилалось на многие мили, и вряд ли хотя бы одна ямка глубже дециметра оскверняла его изысканную гладкость.

Да уж, космодром Нового Детройта пребывал в отличнейшем состоянии. Как ни прискорбно, признать это пришлось безоговорочно.

Как и то, что уж где-где, а здесь в первую очередь обслужат эрсеров. Именно это вынужденно признали Уронита, Сифидита и Фагилита, угрюмо любуясь транскарой. Космодромная анг-платформа опрометью примчалась не к величественному вугататайскому товаровозу, солидно утвердившему многочисленные опоры в секторе 119, а к соседнему дряхлому корыту. На их запрос, посланный час тому назад, когда в пределах соседнего пустого участка и не мерещилась древняя посудина, космодромные земы хамски ответили: «Свободных нет. Появится, вышлем. Ждите…»

Интонационное многоточие тянулось седьмой десяток минут и грозило затянуться на неопределенно-длительный срок. Три бизнесмена-вугататайца, лежа в рубке «Укуки Татата», каждую минуту простоя теряли уйму кредиток. Но могли лишь бессильно наблюдать, как местные ублажают единокровных сородичей.

Объяснение творящемуся беспределу было одновременно и простейшим и невероятнейшим: здесь всем заправляли эрсеры. Не только в округе, но и на всем континенте. По всей планете. И на соседних. Во всей системе Терра Нова.

С УМА СОЙТИ.

Вот они и теряли потихоньку рассудок, несчастные залетные фрахтовики, которым впервые в жизни довелось столкнуться с обескураживающим фактом, что где-то на убогих задворках Вселенной еще обретаются жуткие местечки, где недобитые остатки земного биовида удержали власть и вовсю хозяйничают. В нормальных краях – эрсеры униженно прислуживали иным, перетертые в жидкую кашицу безжалостными челюстями истории…

Ярость сплющила тела вугататайцев в мясистые блины неправильной формы. Казалось, еще мгновение – и от бешеного напряжения треснет поверхность тел, оранжево-фиолетовый эпителий расползется, внутренняя мышечная структура расслоится обрывочными лохмотьями… У обиженных, униженных, оскорбленных и опозоренных вугататайцев оставался выход единственный, универсальный по сути. Каким образом сгорающие на работе мужчины могут снять нечеловеческое напряжение, эффективно «разрядиться»? Сблизившись с женщиной, конечно же! Сговорясь без слов, снедаемые отчаянием Уронита, Сифидита и Фагилита ринулись в жилую каюту, будить свою дражайшую сожену.