Когтистые лапы разъехались, и многотонный дракон тяжело осел, навалив «башковитое» брюхо на пол. ОлафЛаусон едва успел отскочить от туши бывшего комкора; споткнулся о туловище «нолеглаза», комкора новоявленного, перецепился, стукнулся коленными чашечками о плитки, но тут же начал выпрямляться.

Глаза встающего с колен эрсера расширились, но – отнюдь не от страха. Голубые, как небо ниспровергнутой родины его предков, зрачки его уже не мерцали льдисто. Они сверкали, они горели, они сияли, словно священный огонь Прометея прожигал душе дорогу к свободе.

Туда, где этот человек уже не будет ОлафЛаусоном.

Губы Олафа пробел Лаусона, потомка имперцев, шевелились. Если бы кто-нибудь из иных в этот момент зафиксировал амплитуду их движения, то понял бы, что «верный пес» генерал-командора беззвучно поет:

«Тебя не утратить, ты в легких моих – все пять континентов и пять океанов…»

– Жертва, раз, – ответил замкомгруппы, сержант Припак Йочч. Хотя внутренний микроклимат боевого комплекта обеспечивал любую температуру, по желанию обладателя, однако теплолюбивый завиггер машинально ежился. Резкими порывами людей норовила свалить наземь долгая зима, набирающая силу. Месяца через два ветер надолго загонит местных жителей в убежища.

– Главный подозреваемый, два, – продолжил старший капрал ДиланКомазини. – Кучу свидетелей, видевших их вместе, три…

Вскарабкавшись на скалы по временной шаткой лесенке, еще летом сооруженной сборщиками икитаны, детективы Патруля стояли наверху, на кромке обрыва. С высоты пятидесятиэтажного дома они обозревали дали. Суровый полярный океан ворочался тяжело, нехотя, словно состоял не из жидкости, а из текучего металла. Забрала шлемов работали в режиме ночного видения, транслируя патрульным окружающие пейзажи. Кроме маринистской картинки, вокруг расстилалась панорама сумрачного каменистого пространства. Километрах в пяти дальше по берегу скалы снижались, расступались, и редкая цепочка огоньков выдавала присутствие человеческого поселения. К городку вело набережное шоссе, давно ожидающее ремонта, но вряд ли оно в ближайшие циклы его дождется. Не в эту зиму – точно. Зимой даже коренные обитатели берут у природы тайм-аут и впадают в смертеподобный транс.

Поодаль, на обочине потрескавшейся пластибетонной полосы, враскорячку присел гравискутер; в нем четверка звездных патрульных добралась сюда из космопорта Чжоутауна, административного центра ланбаольской провинции Ян Цзы. Единственные «ворота в небо» этого промозглого мирка находились чуть ли не на противоположной стороне планеты, в глубине континента Сингапур; и было воистину невероятным везением, что регистрация заурядного уголовного преступления не прошла мимо внимания МКБ. Спутниковое слежение охватывало далеко не все территории, к сожалению. Иногда выручали осведомители… как сейчас.

Труп уже утащили в морг городского медкомплекса пекинские копы, ревниво оберегающие находку от посягательств «межзвездников». Четвертый икс группы, капрал Шар’ячикч, отправился с ними. Тобикс настырно добился от местного аналога шерифа письменного разрешения, и эксперт-шиареец должен был участвовать во вскрытии. Хотя никомедец практически не сомневался, что результаты ничего существенного не выявят: причины летала и так предельно ясны, а на расшифровку и конвертацию диаграмм сканирования зета-излучения понадобится уйма времени. К тому же полезный для расследования отрезок посмертной передачи мог уже давным-давно «уйти в эфир» – покойничек далеко не свеж.

Разрешения Тобикс добивался из вредности, чтобы позлить спесивых напланетников.