— Как вы себя чувствуете? — Сабрина привстала.

— Ничего, все нормально. Просто слушать мне легче, чем говорить.

Сабрина снова села.

— Не знаю, что тебе успел рассказать мой посланник…

— Не много, — подал голос Дилан.

— Тем более я хочу, чтобы мы познакомились поближе. И не стесняйся, от Дилана у меня нет секретов… — Брукс указал Дилану на стул. — Кстати, лучше зови меня Карсон — «мистер Брукс» звучит крайне нелепо в теперешних обстоятельствах…

— Согласна. — Сабрина кивнула. — Вы спрашивали о моей матери. Так вот, ее зовут Глория Рэдклиф, она дизайнер и имеет собственную фирму. У нее повсюду клиенты, в том числе и в Нью-Йорке, где она представляла свои последние модели.

— Она что, тоже живет в Нью-Гемпшире?

— Нет, в Рокпорте, штат Массачусетс.

— Подходящее место для творческого человека. — Карсон отметил, с какой теплотой Сабрина говорит о матери. — Ты ею, наверное, очень гордишься.

— Да.

— И ты сказала ей, что собираешься встретиться со мной?

— Она знает. — На лице Сабрины промелькнуло озабоченное выражение. — Она желает вам скорейшего выздоровления.

— И все равно не хотела тебя отпускать, верно?

Сабрина с шумом втянула в себя воздух.

— Боюсь, все гораздо сложнее, мистер Бру… Карсон.

— Жизнь вообще сложная штука… — Карсон помолчал. — Двадцать восемь лет назад она решила, что сама со всем справится. — Заметив удивление в глазах Сабрины, он поспешил уточнить: — Я с ней никогда не разговаривал, но медработники мне кое-что рассказали. Твоя мать руководствовалась очень строгими критериями, она была твердо уверена, что ни один мужчина не достоин стать ее спутником жизни. Поэтому она и подыскивала анонимного донора для того, чтобы зачать необыкновенного ребенка…

— Ясно. — Видимо, Сабрина не знала полной картины, и Карсон с удовольствием отметил, что тоже сумел сообщить ей что-то новенькое.

— Вероятно, она осталась верна себе и не вышла замуж? — поинтересовался он.

Сабрина кивнула.

— Я не удивлен. — Он покосился на левую руку Сабрины. — На тебе нет обручального кольца — выходит, ты тоже убежденная одиночка?

— Убежденная одиночка? — На сей раз Сабрина пожала плечами. — Вы говорите так, словно я живу в лесу.

Карсон усмехнулся, стараясь не обращать внимания на возникшую в груди боль.

— Ну хорошо… Как будет холостяк в женском роде — «холостячка»?

— Точно не знаю, — Сабрина пригладила волосы, — но убежденной Одиночкой меня назвать нельзя. И все же, думаю, в конечном итоге я тоже не создам семьи.

— Понимаю. Ты всю себя отдаешь работе. — Это прозвучало не как вопрос, а как утверждение.

— Да, что-то в этом роде.

Пытаясь устроиться удобнее, Карсон с трудом передвинулся на постели.

— Я, наверное, надоел тебе со своими вопросами? Не суди меня слишком строго — я ведь совсем недавно узнал, что являюсь отцом.

Сабрина подняла брови:

— Я понимаю, но… Разве отдавать всего себя работе — это плохо?

— Это нужно менять.

— Что именно?

— Все.

— Странно… — Сабрина поерзала на стуле.