— Я боюсь сделать тебе больно.

— А как же страсть? — спросила Кей, напоминая ему его же слова. Она произнесла это тем же тоном и с точно такой же интонацией, как он.

— Милая, ты хочешь страсти? — Его глаза лукаво блестели.

— Да, очень.

— Тогда я больше не буду сдерживать себя.

В мгновение ока Алекс из нежного и заботливого превратился в мужчину, одержимого страстью к женщине. Его поцелуи стали требовательными, он брал у Кей все, что хотел. Кей впервые столкнулась с подобным неистовством и всей душой ринулась ему навстречу.

Алекс завладел ее ртом, и она ответила ему с таким же пылом. Ей казалось, что руки и губы Алекса освобождают то, что всю жизнь было замуровано внутри ее. Так вот что он подразумевал под страстью, подумала Кей. Она поняла, что ни один из знакомых ей мужчин никогда не смог бы заставить ее почувствовать то, что она чувствовала с Алексом. Он будто наполнял ее огнем, заставляя кровь кипеть.

Он заглушил ее крик боли поцелуем. Боль быстро ушла, уступив место наслаждению оттого, что он внутри ее. Вскоре наслаждение переросло в нечто другое, в ощущение, будто ей чего-то не хватает. Кей не понимала, чего именно, но почувствовала, что погибнет, если не получит этого.

— Алекс, — шептала она, — Алекс, Алекс, Алекс…

Кей обхватила его за плечи и стала тянуть вниз. Темп его движений ускорился, с каждым разом он входил в нее все глубже и глубже. Изнемогая от желания, Кей едва не кричала. Поддавшись порыву, она закинула ноги ему на спину и ощутила, как по всему телу пошли мощные волны.

Алекс некоторое время крепко прижимал к себе Кей, а потом разжал объятия и опустился рядом на траву. Так они и лежали, прижавшись друг к другу, остывая. В воздухе витал аромат апельсинов, из леса доносились разнообразные звуки.

Слишком скоро Алекс сказал:

— Нам надо возвращаться.

— Еще минутку. Мне просто хочется полежать.

— Ты мечтаешь о медовом месяце, — усмехнулся он. — Любая женщина его заслуживает.

Приподнявшись на локте, Кей строго посмотрела на него.

— Имей в виду, Алекс Макдауэлл, если ты заявишь мне, что жалеешь, я…

— То что?

— Заставлю тебя пожалеть об этом.

Улыбаясь, он притянул ее к себе и поцеловал, а потом положил ее голову к себе на плечо.

— Нет, милая, я ни о чем не жалею. Именно этого я и желал. Это были…

— Лучшие моменты в твоей жизни?

Алекс понял, что она дразнит его, но не стал отшучиваться.

— Да, — честно ответил он. — Лучшие моменты в моей жизни. Только пообещай мне кое-что.

— И что же? — мечтательно спросила Кей, предполагая, что он сейчас попросит, чтобы она поклялась ему в вечной любви.

— Что ты не будешь сводить меня с ума, требуя, чтобы я рассказал тебе обо всех женщинах, появлявшихся в моей жизни. А теперь вставай, одевайся и пошли, а то они отправят юного Тима искать нас. Мне бы не хотелось, чтобы он застал тебя в таком виде.

Кей обратила внимание только на первую фразу, а остальные проигнорировала.

— Обо всех женщинах? — повторила она, вставая и начиная одеваться. — А сколько их у тебя было?

Алекс застонал.

— Не так много, как тебе кажется.

— Что это значит?

— Кей, ты должна запомнить, что для остальных я твой брат, поэтому завтра, пожалуйста, не допусти ошибку и не расспрашивай меня о женщинах. И не целуй меня!

— Думаешь, я буду бегать за тобой? Полагаю, все будет наоборот.

— Я прошу тебя только об одном: следи за собой.