– Ну, – прорычал он. – Что у тебя на уме? Тебе не кажется, что они просто издеваются? Ищут повод к войне?

    – Тцар, – сказал Щажард, – тцар!.. Нам в это трудно поверить, но это в самом деле так: бедные дикари рассматривают себя и свою бедную страну как ровню нам, нашей могучей и просвещенной Куявии! Этот дикарь не понимает, что он наносит тебе оскорбление. Он в самом деле уверен, что это вполне равный брак. Ведь наше сокровище, Итания, – дочь тцара, а тот молодой дикарь с лицом в шрамах – сын их степного вождя, которого тоже осмеливаются именовать тцаром!

    Он говорил и говорил, голос журчал, как ручеек в саду, где тцар любит уединиться со своими думами. Напряжение незаметно улетучивалось, взамен пришел такой покой, что тцар подозрительно посмотрел на советника: не пользуется ли магией?

    – И что ты советуешь? – буркнул он. Щажард сказал настойчиво:

    – Великий тцар, что ты теряешь?.. Этим дикарям все равно не получить наше сокровище. Но прямо вот так взять и отказать… чем будем отличаться от этих простых и прямых, как их стрелы, дикарей? Нет, надо убить двух зайцев одной стрелой, что значит – быть настоящим куявом?

    Тцар буркнул досадливо:

    – Да знаю, знаю. Это я погорячился. Давно не слышал дерзких речей. Как он осмелился? Щажард робко улыбнулся.

    – Скромность, конечно, украшает, но на хрена настоящему артанину украшения? Он говорит, что думает.

    – А думает, что оказывает нам честь?

    – Ну да, Ваше Величество. Это же – дети богов! Тулей зло расхохотался, Щажард умело передразнил надменных дикарей, спросил уже без прежней ярости:

    – Что у тебя на уме?

    – Если нужно для дела… – начал Щажард вкрадчиво.

    – То что? – спросил Тулей с подозрением.

    – То я могу Вашему Величеству подерзить вдоль и поперек, чтобы вы начинали привыкать. Тулей отмахнулся:

    – Не надо. У тебя слишком злой язык. Что предлагаешь?

    – Вернувшись к нашим баранам, то есть артанам, замечу вам почтительно, что жених всегда должен доказывать, что он достоин. Не так ли? Так было везде и так пребудет вовеки. Твое право проверять достоинство так, как считаешь нужным. Можно, к примеру, запросить как выкуп за невесту тысячу табунов скота… Увы, это, немыслимое для любого куява, легко сделают многие артане. Можно потребовать доказать свою силу и удаль в поединках с твоими богатырями, но… боюсь, мой повелитель, что эти братья могут выйти победителями. Ты сам их видел.

    – Видел, – ответил тцар. Он зябко передернул плечами. – Звери! Да чтоб я таким отдал свою дочь…

    – Вот-вот. Но можно послать за чем-то, откуда этот жених не вернется.

    Тулей задумался. Он чувствовал, что Щажард к чему-то подталкивает, но мысль уже пошла пробираться через топкое болото мелочных ежедневных забот правителя великого царства, которому уже не остается времени на великие свершения…

    – Есть такое, – вырвалось у него. – Есть! Волшебный меч бога Хорса! Пусть соберет его обломки и доставит мне.

    Щажард кивнул. В глазах его тцар прочел тщательно скрытое удовлетворение.