Но на склад с оружием мы не стали заходить, миновав двойную дверь, Рита повернула направо, в комнату, в которой я никогда раньше не был.

Однако вместо того, чтобы провести меня через двойные двери оружейной, Рита повернула направо, в комнату, в которой я никогда раньше не был.

— Вау, — тупо произнес, осматривая пространство. Комната была похожа на огромный бальный зал с окнами от пола до потолка, сверкающими люстрами, лакированными деревянными полами, но чем дольше я смотрел, тем яснее было, что предметам, составляющим обстановку, определенно не место на балах.

По всему помещению были разложены тюки и ящики, с потолков свисали мешки, плотно набитые сеном, похожие на боксерские груши, на полу лежал большой мягкий ковер, а у стены стоял стеллаж с оружием.

Кажется, до меня начало доходить назначение этого пространства. Я повернулся к Рите, которая стояла рядом и молча наблюдала за моей реакцией.

— Что все это значит? — спросил наконец.

— Хотела сделать для тебя что-то приятное, но я не такая умелица, как наш Грэг, — нервно усмехнулась она. — Поэтому решила подарить тебе что-то практичное. Эту комнату все равно никто не использовал, почему бы не превратить ее в помещение для тренировок?

— Ты оборудовала для меня домашний тренажерный зал? — спросил, как будто это было не очевидно, поражаясь предусмотрительности Риты.

— Ты как-то рассказывал, что в прошлой жизни иногда ходил в подобные места, чтобы тренироваться. Хотела, чтобы и здесь у тебя было такое место, — сказала она и застенчиво опустила глаза в пол. — По себе знаю, что когда не справляешься с чувствами, тренировки всегда помогают. Отработать технику, поработать над выносливостью или просто отпинать мешок с соломой и выпустить пар. Это всегда помогает прийти в себя.

Уставившись на свою кошку, потерял дар речи от ее проницательности. Ей хватило одного взгляда, чтобы заглянуть в мою душу, как в открытую книгу и процитировать пару мыслей с ее страниц.

Откуда она могла знать, что именно так я привык справляться с агрессией и эмоциями. Как там она сказала? Слишком сильными, вот.

Какое-то время после моего восемнадцатилетия, когда система опеки, устроенная не самым лучшим и справедливым образом, пережевала и выплюнула меня, я именно так и спасался. Плыл по течению, никому не нужный, не знал куда податься, и единственным, что помогало держаться на плаву, была физическая активность. Да, иногда на грани саморазрушения, но просто сидеть на месте я не мог, сходил с ума, злился на мир. Когда попал в зал, в котором познакомился с Романом, у меня уже был безлимитный годовой абонемент на случай. Как только начинал загоняться, шел на тренировку, в любое время дня и ночи. Таскал железо, бегал, плавал до изнеможения, пока рой мыслей в голове не успокаивался и не оставалась одна пустота.

Прошло много времени с тех пор, как мне удалось взять эти жужжащие, разрушающие чувства под контроль. Они охватывали меня так сильно, и я уже почти забыл каково это, но в последнее время снова начал тонуть в этой гнетущей черноте.

И Рита заметила это, хотя я сам еще даже не подозревал, что тону. Это было сильно. В эту удивительную женщину не грех было влюбиться и во второй раз.

Хотя вряд ли это было возможно, я уже так давно и основательно был увлечен ею, что сильнее просто некуда.

— Тебе нравится? — она поежилась и неловко переступила с ноги на ногу. Видимо, смутил мой пристальный взгляд, который продолжался намного дольше, чем она могла выдержать.

— Пытаюсь подобрать слова, чтобы выразить, как сильно люблю тебя, — пылко сказал, покачав головой, чтобы выгнать оттуда остатки беспокойства, которые старательно пытались закрепиться в моем сознании. Как будто пелена с глаз упала, мир вокруг стал выглядеть ярче, и груз, о котором я даже не подозревал, свалился с моих плеч.