Эта женщина решила меня добить?

— Ты правда так думаешь? — спросил, поглаживая ее поясницу и наслаждаясь тем, как она прижимается ко мне. Мы слиплись намертво.

— Конечно, — чувственно выдохнула она, сильнее вжавшись своим теплым телом в мое. — Честно говоря, видя, как ты возишься с Грэгом, я каждый раз думаю о наших детях. Эти мысли делают меня счастливой… и разжигают желание.

Моя секси-кошка прикусила губу, прикрыла глаза от удовольствия и, тихонько мурлыча, потерлась об меня, прижавшись так близко, что я почувствовал, как напряглись ее соски под тонкой тканью рубашки.

— Хочу тебя, — прошептал на ушко, прижимая ее к себе так близко, что между нами не осталось места даже для листа бумаги. Член твердел по мере того, как я терся об нее.

— О, кажется, я знаю, что тебе нужно, любимый, — промурлыкала она и бесследно потянулась к паху, обхватив меня поверх штанов. Ее ладонь ощущалась обжигающе горячо даже через ткань, кровь отлила от мозгов и хлынула туда, где она меня трогала, голова закружилась.

Да, это то, что было мне необходимо.

Говорить не хотелось, да и слова были лишними. Мы общались на языке движений, вздохов и стонов, прекрасно понимая друг друга.

— Котенок… — простонал, когда она развязала пояс штанов и ловко скользнула рукой внутрь, обхватив мой каменный стояк.

— Пожалуйста, Макс… — жарко простонала она мне в губы. — Мы так давно не занимались любовью, мне нужно почувствовать тебя внутри. Хочу, чтобы ты наполнил меня своим горячим семенем.

Глава 28

Кто я такой, чтобы отказывать даме?

Кровь застучала в ушах, как же меня заводили эти умоляющие, хриплые нотки в голосе Риты, кто бы знал. Я подхватил ее на руки и понес на ковер, она обхватила мою талию крепкими бедрами.

Едва только увидел эту комнату, мне захотелось поюзать каждый предмет здесь, полупить мешки, потренироваться с оружием, побороться с Ритой на этом подобии татами, которое она соорудила. Но у меня и в мыслях не было, что ситуация развернется так, и мы поборемся, конечно, но не в самом прямом смысле.

— Так скучала по твоим сильным рукам на моем теле, — жарко шептала жена между поцелуями. Она запустила пальцы в волосы и мягко массировала кожу на голове, иногда проходясь по ней коготками, из-за чего из глаз сыпались искры, а член требовательно дергался.

На нас было слишком много одежды и положение не самое удобное, чтобы исправить эту несправедливость, уложил Риту на ковер.

— Боже, как хорошо, — навалился на нее и застонал от того, как приятно ощущалось подо мной ее теплое, отзывчивое тело.

Руками она забралась под мою рубашку и начала выводить ногтями узоры по разгоряченной коже.

— Ты должен это снять, сейчас же, — настойчиво прорычала она, дергая за край одежды.

Я поспешно подчинился, никто бы не смог сопротивляться этому тону. Она была такой горячей, когда командовала.

— Так лучше? — спросил, когда помог ей снять с себя рубашку, и поиграл бровями.

Кошка выгнула бровь, а потом в пару движений, которых я никак не ожидал, перекинула ногу через мою талию и перевернула нас. Она оказалась сверху, оседлав мои бедра.

— Теперь отлично, — насмешливо сказала она и провела прохладными пальцами по горячей коже, по груди, прессу, дорожке волос, уходящей под расстегнутые штаны. От этих контрастов накатывали просто вау-ощущения.

— Черт, детка, — прошипел, когда она вжалась в пах промежностью, и сжал ее бедра, обтянутые кожаными штанами. Добрался до шнуровки на поясе, пытаясь распутать узлы трясущимися от нетерпения пальцами, попутно щекотал пупок, который выглядывал из-под задравшейся рубашки.