— Ты нравишься мне всегда, — я откинул ее пепельные волосы назад, чтобы оставить на шее несколько поцелуев. — Хочу тебя каждый день, и это не зависит от твоего гормонального фона.

— Ты тоже всегда привлекаешь меня, любимый. Ты такой сильный, мужественный, добрый… — наглаживала меня по шерсти эта хитрая лиса. — Это распаляет меня. Как будто мое тело готовится к брачному сезону.

Мой член расслабился и выскользнул из Риты. Она дернулась, и я погладил ее по спине, чтобы успокоить.

— Мы можем практиковаться в любое время, стоит тебе только захотеть, котенок, — прошептал в ее бархатистое ушко. Она притянула меня к себе за подбородок и легко, едва касаясь, поцеловала в губы. Я устало улыбнулся и уткнулся носом в ее плечо, наполняя легкие свежим ароматом ее кожи. — Спасибо тебе.

— За что, любовь моя? — спросила она и отстранилась, чтобы заглянуть в глаза.

Она всегда была рядом со мной, как несущая стена, на которой держится весь дом. Молча поддерживала, ничего не требуя взамен. Это не всегда было заметно, но факт оставался фактом. Поэтому хотелось быть максимально честным и открытым с ней.

Как подобрать слова, чтобы выразить все, о чем думаю?

Я вряд ли мог бы сказать что-то лучше, чем то, что уже сказала Рита, поэтому взял ее руки в свои, как будто мы обменивались припоздавшими свадебными клятвами, и повторил слова, которые имели огромное значение для нас обоих.

— Я благодарен тебе за то, что всегда поддерживаешь, когда у меня не хватает сил, и за то, что любишь, даже когда не достоин этого, — твердо сказал, глядя ей в глаза, и поцеловал изящные пальчики. — Обещаю отвечать тебе тем же до конца жизни.

— Ты и есть моя жизнь, — сказала Рита и обхватила мою шею рукой. Она наклонилась и ласково поцеловала меня в лоб, прикрытые веки, нос, щеки, оставив напоследок губы.

Это был самый целомудренный, но самый важный и значимый поцелуй за всю мою жизнь.

Позже, когда мы отошли от оргазмов и вернулись в реальность, в голове прояснилось. Не представлял, надолго ли, но чувство тревоги отступило на задний план.

Чувствовал себя восстановившимся, собравшимся, четко знающим, что делать. И первой задачей, которую я себе поставил, стал Медвежий угол. Нужно было заглянуть в каждую дырку, все проверить, исправить, починить, чтобы таких ситуаций, как с развалившимся сараем, больше не возникало.

— Пойдешь со мной на дворцовую площадь? — спросил Риту, когда мы оделись и вышли из тренировочного зала в темное и тихое поместье. Даже примерно не знал, сколько времени мы там провели, но мог предположить, что было уже очень поздно, поэтому понизил голос. — Байрон пригласил меня завтра в Храм Солнца, он писал что-то о пике солнца. А еще Мило попросил заказать доски.

— Пик солнца — это полдень, пояснила она.

Мы вышли по коридору к центральной лестнице, которая была связующим звеном дома, по ней можно было добраться в любой угол.

— Конечно, я хочу пойти с тобой. Если думаешь, что мне захочется расстаться с тобой хотя бы на полдня, когда мы только воссоединились, то ты ошибаешься.

— И в мыслях такого не было, — игриво зарычал и, поймав ее за талию, прижал спиной к ближайшей стене.

— Кто тебя знает, — с вызовом спросила она и потерлась своим лицом о мое, громко замурлыкав. Замерев, как будто что-то не так, Рита потрогала мои щеки руками. — Какая у тебя гладкая кожа.

— Шелли намекнула, что мне пора побриться, — улыбнулся ей и протолкнул колену между бедер, чтобы она почувствовала, что надежно зафиксировала и выбраться будет не так уж легко.

Рита положила руки на мои плечи и сжала дельтовидные, прикрыв глаза. За время, что мы провели вместе, я немного изучил ее реакции.