— Посмотри на него! Посмотри же! — требовал невменяемый человек-сова. Я же тем временем снова проиграл неравную битву со своими ногами и опять повалился на землю.

Все вокруг начинало казаться таким… далеким, расплывчатым и холодным. Словно я проваливался в ледяную воду.

— Макс… — всхлипнула Шелли, и на ее ресницах заблестели кристально-чистые слезы.

— Да! Даааа! — Сван обезумел от радости, когда слезы феникса скатились по ее щекам и упали в воду пруда.

Внешне ничего не изменилось, вода осталась такой же мутно-зеленой, как будто ничего и не произошло, но по лихорадочной, сумасшедшей улыбке Алека можно было подумать, что он только что сорвал джекпот в какой-нибудь галактической лотерее.

— Наконец-то! Наконец-то это случилось! — он закричал, дико рассмеялся и, не раздумывая, забежал по колено в воду, все еще загрязненную останками тварей, которых он же и создал. Алек радовался так, будто тысячу лет не видел воды, а это был самый чистый и целебный источник во всей вселенной.

Сумасшедший придурок, что с него взять.

Я перевел взгляд на свой клинок и увидел, как он вспыхнул синим в самый последний раз. Вибрация тоже затихла, ушла безвозвратно. За считанные секунды благородный металл в моей руке покрылся ржавчиной и рассыпался в прах, оставив лишь горстку трухи.

Несмотря на то, что оружие исчезло, я все еще чувствовал, как праведная справедливость, словно живой огонь, течет по моим венам, и это дало мне силы, необходимые для того, чтобы, шатаясь, подняться и подойти к фонтану.

— Я сделал это, это сработало! Я знал, я всегда знал, что у меня получится! Это Она! Посмотрите! Вода… Целебная Вода! — обезумевший Алек Сван плескался, как ребенок, зачерпывал пригоршнями зеленую жижу и жадно пил ее, но потом его лицо перекосилось, и его осенило. — Подождите… Нет, этого не может быть! Это… это… это… не работает. Почему это, черт возьми, не работает? Я должен был исцелиться! Я должен!

Я остановился прямо перед Сваном. Он уставился на меня своими выцветшими, пожелтевшими глазами. Он выглядел до смерти испуганным и совершенно сломленным, как будто только что просрал свой самый последний, единственный шанс на спасение. Так оно, в общем-то, и было, и наместник Бронзовой Гавани, этот старый хрыч, прекрасно это понимал.

— Твоя душа прогнила настолько, что исцелить ее уже невозможно, — вынес я ему свой вердикт и обеими руками мертвой хваткой вцепился в его тощую куриную шею.

Словно крышка слетела с ящика Пандоры, в котором так долго копилось и хранилось все самое темное, что было во мне, весь скопившийся негатив, вся ненависть к этому ублюдку. Я с утробным ревом окунул его голову под воду и держал там до тех пор, пока он не перестал дергаться и сопротивляться. И еще немного — после, для верности.

Все кончено. Окончательно.

— Макс, Макс! Очнись! — кто-то настойчиво звал меня, тряс за плечо. — Хватит уже. Остановись!

Я разжал пальцы, отпустил Алека Свана и тупо смотрел, как его безжизненное тело вяло покачивается на поверхности грязной воды. От дикой злости и нечеловеческих усилий сбилось дыхание. Но было еще что-то… Острая, пронзающая боль в боку снова напомнила о себе новым, еще более яростным приступом. Чтобы хоть как-то облегчить ее, я нащупал скользкий шип и с силой выдернул его.

— Твою ж мать… — простонал я. Стало только хуже. У меня перехватило дыхание от такой адской боли, какой мне еще никогда в жизни не приходилось испытывать. Она буквально парализовала меня на несколько бесконечных мгновений, и мир померк, ослепив вспышками перед глазами.

— Послушай, приятель, ты сейчас единственный, кто может помочь Шелли спуститься оттуда, так что ты просто обязан побыть с нами еще немного, понял? — четко проинструктировал меня Сет, его голос звучал где-то рядом.