Так как Эрт Крой присылал мысли, а не слова, то Мартов не смог сориентироваться с его местонахождением и принялся крутить головой, пытаясь осмотреться. Наконец он увидел слева от себя всё тот же едва различимый серый контур и торопливо зашагал в его сторону. Когда контур стал более отчётлив и даже в нём начала просматриваться человеческая фигура, он остановился и вдруг осознал, что не различает рядом с этим человеческим контуром другой человеческий контур.

— Ты один?

— Один! — услышал Мартов голос по которому узнал сармата.

— А где Козлов? — скорее механически, нежели осознанно поинтересовался Мартов, так как не имел понятия, чей человеческий контур видит.

— Умер! — больно кольнула его мозг чужая мысль.

— К-к-как… — вдруг дрогнувшим голосом произнёс Мартов. — Где он?

— Где-то здесь. Я положил его на пол. — произнёс сармат.

— Его нужно найти и забрать с собой на Таксану.

— Если уверен, что выберешься отсюда — забирай.

— Ты не уверен?

— Не уверен. Если силаи нас не преследуют, значит дела наши плохи. Мы внутри планеты. Наша догадка оказалась верной: они живут под поверхностью планеты. Оттого мы и не увидели никаких освещённых территорий на поверхности планеты.

— Пойдём назад по тому же пути и выберемся отсюда. Тогда и заберём Козлова.

— Нет никакого обратного пути. Я свалился с вами в какую-то яму и навряд ли мы выберемся из неё.

— Ты же сказал что плоскость была наклонной.

— Поначалу была наклонной, а потом яма и ровная поверхность.

— Может быть яма неглубокая?

— Не знаю. Я не нащупал её край.

— Ты пытался выбраться?

— Пытался! Но безуспешно.

— Проклятье! Ты меня расстроил. Давай искать другой путь к выходу. Что ты чувствуешь за дверным проёмом, который нашёл?

— Энергию! Много энергии!

— Она опасна для нас?

— Я продержусь какое-то время. Ты — не знаю.

— Проклятье! Может есть другой дверной проём?

— Я прошёл вдоль стены некоторое расстояние — другого проёма нет.

— Ловушка! Понятно, почему силаи не стали нас преследовать. За проёмом хотя бы светло?

— Не знаю. Энергия сильно экранирует пространство.

— Выбора нет. Пошли! Козлова пока придётся оставить здесь. Будет очень опасно — вернёмся и тогда будем решать, как поступить дальше.

— Не отставай!

Серый контур качнулся и исчез. Мартов бросился к тому месту, где контур только что стоял и тут же почувствовал лёгкое покалывание в теле, точно такое же, какое чувствовал, когда проходил через дверной проём наверху. Он сделал ещё один шаг и тут же замер.

Перед ним был огромный круглый зал светлого серого цвета с хорошим освещением, скорее всего, посреди которого стоял огромный блестящий цилиндр чёрного цвета от пола до потолка. Силаев нигде не просматривалось. Сармат быстро шёл в сторону чёрного цилиндра и буквально светился. Мартов вдруг осознал, что покалывание в его теле значительно возросло, создавая совсем некомфортное ощущение. В голову будто начали тыкаться острые иглы. Он опустил взгляд и увидел что его одежда тоже светится. Сорвавшись с места он побежал догонять сармата, но тот будто почувствовав, что землянин бежит за ним ускорил свои шаги и Мартов с досадой отмечал, что расстояние между ними совершенно не сокращается, будто сармат затеял зловещую игру в догонялки. К тому же, насколько видел Мартов и расстояние до блестящего чёрного цилиндра тоже не сокращалось, цилиндр совершенно не увеличивался в размерах, будто он бежал на месте.