– Достаточно, лейтенант, я поняла вашу мысль. Вы поторопились со столь решительными действиями, я собиралась сдержать свое слово в любом случае.

Говорить Елена могла что угодно, Мира все равно видела, что адмирал не злится на нее. Елена и сама понимала, что с таким аргументом, как бомба возле центрального компьютера, ей будет проще держать кочевников на коротком поводке.

– Пусть отключит эту дрянь! – потребовал Отто. – А потом мы обсудим ее наказание!

– Наказание за что? – уточнила Елена.

– Она чуть не взорвала станцию!

– Такая бомба станцию не взорвет, – возразила Мира. – И я вообще ничего не делала, а «чуть» не считается. Чтобы так все было и дальше, мне нужно вводить в компьютер взрывного устройства специальный код, который знаю только я и который постоянно меняется, каждый день. Это, подозреваю, заставит вас и ваших детей десять раз подумать, прежде чем снова бросаться на меня или Гюрзу.

Мира знала, что играет с огнем. Но, собственно, в этом и была суть Плана Б: поиграть с огнем. Поэтому она избегала такого исхода до последнего, однако сейчас это стало единственным доступным ресурсом.

На сей раз адмирал предпочла подыграть ей. Она освободила Миру от ответственности, и, когда дверь открылась, Отто был вынужден отозвать своих детей до того, как они успели отомстить.

Хотя полной победой это не стало… Мира знала, что кочевники ненавидят ее так же сильно, как Гюрзу. Да они и не скрывали этого! Они не нападали на нее открыто, но то и дело мелькали рядом белесыми тенями, бродили за ней, останавливались вплотную, смотрели пристально – звериными кровавыми глазами. Они изводили ее, и кто-то другой уже поддался бы, а Мира терпела. Тут еще большой вопрос, кто выиграл: кочевники, устроившие ей травлю, или Мира, показавшая им, что не нужно быть маньяком, чтобы их не бояться.

Но других побед пока не было.

Состояние Сатурио Барретта оставалось стабильно безнадежным. Он не умирал только благодаря медицинскому оборудованию. Если бы его отключили от аппаратов, его бы не стало минут за тридцать. И это при всем грандиозном здоровье кочевника! Уже ясно, что без внешнего воздействия он не выкарабкается. Отто Барретт поставил на уши весь медицинский отдел, вынудив их искать противоядие, но особого прогресса пока не было.

Никто не мог сказать, какая участь ждет Гюрзу. Его тело восстановилось быстро – он тоже обладал отличным здоровьем, пусть и в человеческом понимании. Но травмы головного мозга – штука сложная и плохо прогнозируемая. Врачи честно предупредили: то, как сохранились его умственные способности, можно будет определить, лишь когда он очнется. Мира приняла эту версию, но на всякий случай запретила даже близко подпускать к нему Кети.

Ну а неприятней всего оказалось то, что ее начал сторониться Рино. Сколько бы Мира ни повторяла себе, что не нужно расстраиваться, это ее все равно задевало. Он понравился ей, и на том свидании они поладили, у них могло получиться нечто интересное, если не меняющее судьбы, то хотя бы делающее жизнь в Секторе Фобос чуть легче… потом вмешался Гюрза и все испортил.